Выбери себе любую точку на шарике, какая понравится, и любой род занятий; мы обеспечим тебе деньгами, какие понадобятся для начала, или ты получишь денег, чтобы уйти в отставку и до конца жизни забавляться с красотками. Что скажешь на это?
– Нет. – Он ни минуты не колебался.
– У тебя нет близких родственников, нет настоящих друзей. Подумай о моем предложении. Я не в силах вернуть тебя обратно на твою работу. Так что мое предложение – это лучшее, что я могу сделать.
– Уже подумал. Дьявол с ней, с работой, я хочу завершить мое дело! А ты – ключ к нему.
– Подумай и взвесь еще раз. Это твой шанс выкарабкаться из государственных дел и начать вести нормальную счастливую жизнь.
– Ах, он говорит – «счастливую»!
– Ну, во всяком случае, безопасную. Если ты настаиваешь на том, чтобы идти дальше, твое будущее становится крайне проблематичным.
– Что-то я не припомню, чтобы когда-нибудь играл в безопасные игры.
– Ты доктор наук, Джо. В этом случае…
Селектор на столе Болдуина произнес: – oenie twg rilp.
Болдуин ответил:
– nu, – и быстро подскочил к камину. Там все еще дымилось утреннее пламя. Болдуин ухватился за каминную полочку и потянул ее в свою сторону. Все сооружение – сам очаг, полка и решетка сдвинулись, оставив в стене арку.
– Вниз по ступенькам, Джо, – приказал он. – Облава.
– Вот это да! Настоящий тайник!
– Ага, здорово, правда? В этом доме больше секретных дыр, чем в кроличьей норе, и всяких тайных ловушек тоже хватает, слишком даже много всяких технических приспособлений, по моему мнению.
Он вернулся к своему столу, выдвинул один из ящиков, достал три кассеты с пленками и положил их в карман.
Гилеад уже готов был спускаться по лестнице, увидев же эти кассеты, он остановился.
– – Давай двигай, Джо, – настойчиво скомандовал Болдуин. – Тебя вычислили. Пришли за тобой. Мы не располагаем временем, чтобы валандаться, а то нам придется просто убить тебя.
Они остановились в комнате, хорошо упрятанной в подземелье, это был кабинет, очень похожий на верхний, не хватало только солнечного освещения и вида из окон. Болдуин сказал что-то на непонятном языке в микрофон у себя на столе, ему ответили. Гилеад, который уже начал обкатывать гипотезу, что язык этот – искаженный английский, отбросил ее.
– Как я говорил, – продолжал Болдуин, – если ты так уж смертельно хочешь получить ответы…
– Минутку, что это за налет?
– Просто ребятишки, которые работают на правительство. Они не будут действовать грубо и не станут искать тщательно. Мама Гарвер умеет с ними управляться. Мы постараемся никому не повредить, если только они не воспользуются проникающим радаром.
Гилеад криво улыбнулся, слыша такую пренебрежительную оценку службы.






