И мы так и не стали друзьями.
Сейчас я об этом жалею. Действительно жалею. Я слышал, чем вы рисковали, чтобы помочь освободить колонию. Я слышал, что за цену вы заплатили. Мне хочется, чтобы тогда, прежде, я был ближе знаком с вами. И я завидую тем, кто были.
Уэйн вздохнул. Он не собирался простоять здесь так долго. Он не думал, что ему нужно столько сказать.
Однако «Энтерпрайзу» пора было отправляться в путь. Он должен был вернуться на Октавиус Четыре и выяснить, – может, капитан корабля все еще жив. А ему пора было сказать главное.
Я просто хотел поблагодарить вас, лейтенант, – то есть, коммандер. Я просто хотел, чтобы вы знали, что мы вас не забудем.
Администратор кивнул Зулу. Они вместе вышли из лазарета и направились к транспортационной.
– Еще стебель? – спросил Кирк.
Каррас покачала головой.
– Нет, спасибо. – Она даже не оторвалась от трикодера, который
теребила последние несколько минут, – то есть практически с того момента, как они решили на время уступить жаре и устроить привал.
Он задумался, – бесполезно, – было ли любопытство исследователя единственной причиной ее изысканий, или же еще способом избежать разговора. Ведь она все еще могла чувствовать себя неловко от того, что было ранее.
В любом случае, это было ее право делать как она пожелает. Нигде в
положениях Звездного Флота не сказано, что вы обязаны быть обаятельны во время отдыха.
Прикончив остаток своего стебля, капитан подумал о ручье. От всего этого сахара ему захотелось пить. Не здорово, что у них не было в чем носить воду, в противном случае они набрали бы воды на месте высадки.
Каррас что-то пробормотала и покачала головой. И наконец убрала устройство.
– Продвинулись? – спросил он.
– Ничуть. – Она вздохнула. – По-прежнему остаются символы, смысл которых ускользает от меня. А я это не люблю, – когда что-то от меня ускользает. – Она посмотрела на него. – Сэр, могу я говорить откровенно?
Он кивнул.
– Безусловно.
– Несколько раньше я дала понять… знаете… Я оказалась в романтической обстановке с…красивым мужчиной и…
– Мичман, – сказал он, – Вам не нужно…
– Нет, нужно, – настаивала она. – Вам теперь со мной неловко – не
отрицайте. А нам обоим нет причин чувствовать себя неловко. Я думаю, мы должны просто забыть об этом, будто ничего и не было и заниматься дальше своими делами.
Зрелая философия, решил Кирк. Приличествующая будущему офицеру. Философия, которая должна ему импонировать.
В самом деле, почему бы и нет? Или он был тщеславно задет тем, что женщина, очарованная им, так быстро перестала быть таковой?
– От всего сердца согласен, – сказал он ей. Он протянул руку в знак взаимопонимания.
Каррас протянула навстречу свою…
Но прежде чем она успела дотронуться до его руки, джунгли за ее
спиной взорвались необузданной яростью.






