– М-м, – сказала она, слушая явно с одобрением. И улыбнулась. –
Приятно. Очень приятная музыка.
– Расскажите мне о вашем назначении, – сказал он, протягивая руку к
бутылке с вином.
Каррас смотрела, как капитан наполняет ее почти пустой бокал.
– Это чисто научная миссия. Система Соолана. Знаете, сразу за
Антаресом.
Он собирался наполнить свой бокал, но приостановился.
– За Антаресом. Звучит как песня.
Ее глаза блестели в приглушенном освещении.
– Верно. Как песня.
Когда он нажал на сифон и рубиновая жидкость полилась в бокал, он спросил:
– Когда вы подали заявку?
– Каррас взглянула не него.
– Год назад. Примерно в это же время я подала запрос о месте на «Энтерпрайзе». – Она сделала паузу. – Видите ли, я не была уверена, чего именно я хочу.
– Но теперь уверены?
Она вздохнула, разглядывая вино в своем бокале.
– Честно говоря, сейчас я менее всего уверена в чем-либо. – Она
слегка наморщила лоб. – Я могу исследовать систему Соолана годами и никогда не найти что-то подобное тому, что открыла на Октавиусе Четыре. Смешно, да? Я перевожусь на чисто научное судно, когда у меня подобная – раз в жизни! – чисто научная возможность на «Энтерпрайзе».
Кирк изучал ее.
– И все же вы переводитесь.
– Все же, – подтвердила Каррас. – Я знаю, на что это похоже, но я никогда не работала с доктором Эрдэлом с «Горизонта». – Она пожала плечами. – Мне может это понравится. Или наоборот. Но я должна попробовать.
Он кивнул.
– Не могу вас порицать. Я слышал, что пролезть к Эрдэлу почти невозможно. Но как же ваша работа над иероглифами домбраату?
Каррас сморщила нос.
– Я тут уже сделала что могла, – сказала она. – Теперь дело за настоящими специалистами. – Она посмотрела на него. – Думаете, я совершаю ошибку?
Капитан улыбнулся.
– Я не могу судить об этом. Это ваша жизнь. И ваш выбор. Но вот что я вам скажу: если вы когда-нибудь решите, что снова хотите служить на корабле класса «Конституция», для вас всегда найдется место на «Энтерпрайзе».
Похоже, это ей понравилось, она почти почувствовала… – облегчение?
– Это приятно слышать, сэр. Одно время, я боялась, что вы можете принять это близко к сердцу. Знаете, после всего, что случилось на Октавиусе Четыре…
Кирк делал вид, что у него провал в памяти.
– Вы, должно быть, с кем-то меня спутали. Может, с капитаном, которого беспокоила миссия… и решение относительно личной связи с членом его команды.
Каррас посмотрела на него вопросительно.
– И теперь это вне рассмотрения?
Он покачал головой.
– Да, насколько я могу судить. Через двадцать четыре часа вы будете совсем на другом корабле. Частью команды кого-то другого. – Он наклонился вперед. – И перестаньте звать меня «сэр». Меня зовут Джим.
– Джим, – согласилась она. И подняла бокал. – За моего капитана. Жаль, что он не может быть с нами сегодня.






