Клас засмотрелся, и когда, поднимаясь по лестнице, Стэфи заслонил огонь спиной, степняк испытал порядочное раздражение.
Собравшись в зале, люди поставили Зеленый Огонь посередине и смотрели в это вечное пламя как зачарованные. Сотни змей приползли сюда же, не испросив даже разрешения у своего повелителя, и задумчиво покачивали головами. Так продолжалось очень долго, никто не замечал времени. Первым насмотрелся Клас.
- Я уже забыл, когда спал в последний раз, - заметил он, с хрустом потянувшись. - Это совершенно изумительная вещица, но она принесла монахам немало горя, и… Пора бы поесть и ложиться.
- Она стимулирует мутации… - как во сне проговорил Питти. - Она и есть - Монастырь… Да-да, конечно, разведи огонь и кого-нибудь зажарь, а я посижу пока здесь.
Стэфи промолчал, не отрывая глаз от волшебной колбы, и Класу пришлось одному отправиться на поиски пищи. Поленившись идти за Мост, он нарвал в саду фруктов, принес сухих веток для костра - и застал в зале все ту же картину.
- Хватит! - воскликнул он. - Нельзя смотреть на него так долго, а то у вас тоже вырастут рога!
- А что? - откликнулся Питти. - Очень может быть. Хорошо, отнеси его обратно в подвал, только не запрятывай далеко, а то не отыщем.
Снова не найдя, что возразить на безграничное нахальство лесного человека, Клас послушно исполнил приказание и опять вернулся, надеясь, что Стэфи хотя бы развел костер. Его ждало разочарование: и мальчик, и шаман уже уснули, даже не поев. Нехотя сжевав пару груш, степняк вытянулся на полу и прикрыл глаза. Перед ним тут же закачалась зеленая колба, обещая сделать из него нечто большее, чем человека. Юноша запротестовал во сне, но Зеленый Огонь не желал его слушать.
***
Ночью водопад казался Бияшу особенно студеным, хотя ощущение было обманчивым. Ручей берет начало в снегах и несет свои воды до купального места так недолго, что они не успевают прогреться даже под жарким солнцем. И все же в темноте человек чувствовал холод больше обычного.
Человек ли? Бияш предпочитал относить себя к людям, а вот Вечный Мост полагал иначе, не позволяя к себе прикасаться. Когда-то давно это было даже обидным: ужасные с виду мутанты перебирались через пропасть даже, не задумываясь о своем нечеловеческом обличий, а вот Бияшу приходилось карабкаться по скалам.
Но ничего, на этой обиде давно наросла мозоль. Возможно, он сам был виноват в таком отношении к себе Моста: слишком уж мало жил человеческими заботами и представлениями. Что ж, надо признать, это довольно сложно для бессмертного существа. Да и зачем Бияшу Монастырь? Он не посещал Святой Земли несколько столетий и не предполагал делать это впредь.
Совсем уже похолодев, почти сравняв с водой свою температуру, бессмертный вышел из потока.






