Скорее уж он скромный. Его волосы в кругах, далеких от эстетствующего мира моды, называли бы просто светлыми, а в карих глазах не заметили бы шоколадного оттенка или золотых искорок. Впрочем, они действительно были просто карими. Тодд любил, шутя, говорить, что внешность работает на него в магазине отца. Увидев Тодда, клиенты принимали его за простачка.
– Они не способны распознать акулу под овечьей шкурой, – сказал он однажды Саванне, и у нее не хватило смелости вслух заметить, что он неверно употребил расхожее выражение, ведь он то и дело грешил этим. Однажды Тодд позвонил Саванне на работу и сказал, что ему удалось продать навороченную «тойоту-камри» женщине, которая пришла подыскать что-нибудь дешевенькое.
– Она купила все: шестидисковый CD-плейер, антикор за восемьсот долларов, дополнительную гарантию на пять лет – целую чихуахуа.
Когда Саванна услышала это, то едва не подавилась глотком лимонада. Но, оставив в стороне неудачные выражения, следовало признать: сегодня Тодд смотрелся на все сто – красивый, безупречно одетый жених.
Саванна услышала, как кто-то хихикает, и обернулась. Это была Триш – ее щеки пылали. Саванна проследила за взглядом девушки, устремленным на Роберта, обратила внимание на его самодовольный вид и чуть не задохнулась от возмущения.
О Боже!
Роберт и Триш только что занимались сексом. До брака! И похоже, им это ужасно понравилось. И это пятно на платье Триш…
Нет, нечего об этом думать. По проходу шла мать, нагруженная букетами, Саванна взяла один и сунула Триш, прошептав:
– Прикрой им пятно.
Триш посмотрела вниз, поняла, что на подоле имеется небольшое свидетельство страсти ее бойфренда, и покраснела еще сильнее.
– Прости меня, – прошептала она. – Я сейчас пойду в туалет и посмотрю, что можно сделать.
– Только быстро! – бросила Саванна, заметившая, что теперь куда-то исчез фотограф.
Пересчитав присутствующих по головам, дабы удостовериться, что другие подружки не предаются греховной страсти, Саванна успокоилась, но тут заметила выходящего из туалета фотографа, который был бледно-зеленым.
Великолепно. С платьями подружек невесты дисгармонирует что-то еще.
Она открыла было рот и хотела спросить: «Как вы себя чувст…» – но, посмотрев на его лицо, поняла: дело плохо. Ни минуты не раздумывая, Саванна схватила фотографа за руку, протащила через небольшую толпу и втолкнула в коридор при входе. И сделала она это вовремя – тут же послышались звуки рвоты. Саванна отступила, закрыла дверь и подавила собственную внезапно подступившую тошноту.
Уф! Нет ничего хуже, чем слушать, как кто-то блюет. Более того, до нее долетела нестерпимая вонь – Саванна зажала нос и выскочила за дверь. Нет, невозможно, чтобы ей стало плохо на собственной свадьбе.






