И тут до Кубыкина дошло: тетку в детстве хорошо переехали, а он, очевидно, похож на водителя, который ее недодавил! Чтобы она его не боялась, Кубыкин натянул на лицо черные колготки, которые купил жене. Вглядевшись, Рыбец опознала в Кубыкине особо опасного преступника, фото которого было напечатано в газете. Рыбец решила его обезвредить и с криком «Ура!» метнула в машину бидон молока. Кубыкин вывернул в сторону и врезался в фонарный столб, который, падая, придавил некоего Сидорчука, которого действительно пять лет разыскивала милиция.
Вот так, благодаря решительным действиям граждан, был задержан особо опасный преступник.
Состав давно набрал скорость и грохотал на стыках. Пассажиры начали раскладывать на столиках ужин.
— А ведь хорошо бежит товарищ. Я в его годы по утрам тоже, бывало, как выбегу! — сказал пассажир в тренировочном костюме, прожевав бутерброд с колбасой. — Могу поспорить: дома он будет раньше нас! Пассажир в бобочке перестал нарезать огурец и заметил:
— По асфальту-то каждый может. Посмотрим, как он по болоту пойдет, родимый!
…Мужчина с чемоданом продолжал мотаться по шоссе вдоль поезда от проводницы к бригадиру и обратно. Он был уже в трусах, майке, но при галстуке. В это время по вагонам пошли ревизоры.
— Кто это там бежит?
— Да вроде с нашего поезда, — сказал кто-то.
— С вашего? — Ревизор высунулся в окно. — Товарищ! Эй! А билет у вас есть?
Бегущий кивнул и полез в трусы за билетом.
— Не надо! Верю! Надо людям верить! — сказал ревизор, обращаясь к пассажирам.
— Бегите, товарищ! Бегите себе, раз билет есть. А то, знаете, некоторые зайцем норовят! За государственный счет! Счастливого пути!
В купе ехали бабушка с внучкой и двое мужчин. Бабушка начала кормить девочку с ложечки, приговаривая:
— Это за маму! Это за папу! Это за того дядю, который бежит к своей бабушке!
Мужчины при этом чокались и повторяли: «За папу! За маму! За того мужика!»
Проводница пошла разносить чай. Проходя мимо окна, за которым маячил пассажир, она спросила:
— Чай пить будем?
Тот замотал головой.
— Ну как хотите! Мое дело предложить! — обиделась проводница.
Пассажиры начали укладываться спать. Четыре женщины долго метались по вагону, менялись местами с соседями, чтобы оказаться в одном купе без мужчин. После долгой торговли удалось выменять девичье купе целиком. Счастливые, женщины лениво переодевались ко сну, и тут дама в красном халате заметила в окне бегущего мужчину с чемоданом.
— Девочки! Он все видел! — Она возмущенно рванула занавеску, и та, естественно, упала с металлическим штырем на стол. Женщины завизжали, пряча свои прелести кто куда.
Наконец занавеску приладили, в темноте долго говорили о том, какие наглые пошли мужики и где их взять. Расслабленные воспоминаниями, задремали.






