ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Рассказы из сборника «Карусель», в который вошли произведения ленинградских писателей-юмористов. Карусель Семен Теодорович Альтов Дорожно-транспортное происшествие 16 сентября сего года произошло ДТП на Посадской улице. Водитель грузовика Кубыкин, заметив женщину, которая стояла на пешеходном переходе, затормозил, пропуская пешеходку. Гражданка Рыбец, которой ни разу в жизни ни одна машина и даже лошадь не уступала дорогу, продолжала стоять, ожидая, когда машина проедет. Кубыкин, убедившись, что женщина переходить не собирается, тронулся с места. Рыбец, видя, что грузовик едет медленно, прикинула, что, как обычно, успеет проскочить, и бросилась через дорогу. Водитель резко затормозил и сделал жест рукой, мол, проходите, гражданочка! Рыбец истолковала жест в смысле «проваливай, пока не переехал!» и метнулась на тротуар обратно, дожидаясь, по ее словам, «когда этот псих проедет». Водитель, решив, что женщина странная, на всякий случай дал предупредительный гудок. Рыбец сообразила, что он гудит, приняв ее за глухую, и покачала головой, мол, я не такая глухая, как вам кажется. Кубыкин расценил качание головой как «переходить отказываюсь» и, кивнув, поехал. Рыбец решила, что кивком он дал понять: «Еду медленно, проскочишь!» и рванула наперерез. Грузовик встал. Рыбец остановилась, не зная, с какой скоростью он поедет, без чего не рассчитать, с какой скоростью надо перебегать. Кубыкин пришел к выводу — женщина сумасшедшая. Дав задний ход, он скрылся за углом, чтобы она успокоилась и перешла. Рыбец разгадала маневр так: водитель хочет разогнаться и выскочить на полном ходу! Поэтому переходить не стала. Когда Кубыкин через сорок минут выехал из-за угла, женщина стояла на тротуаре как вкопанная. Грузовик попятился, не зная, чего от нее ждать. Кубыкин, предчувствуя, что добром это не кончится, решил сделать крюк, проехать другой дорогой. Когда грузовик опять скрылся, Рыбец,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Они здесь живут без гражданства, корейское им не дают взять, а наше они не принимают. И при этом утверждают, что корейцы!

Странный народ. А как девки наши поют, слыхали?

— Это то, что с утра до вечера и не заснуть?

— Ага. Ансамбль. На конкурс готовятся, а репетировать негде, а первое место занять надо, иначе тюрьма. Вот они и поют.

— А мужиков почему мало?

— Да рыбачат же. Мужики в море, бабы на берегу. Видятся редко, но зато уж когда видятся, любят насмерть, поэтому семьи крепкие. Разводов нет. Печать разводную потеряли. А ребеночка на дереве видели?

— Видел. Он всегда там сидит?

— Мамку ждет. Рождаемость небольшая, но пять-шесть детей на ветвях найти можно.

— Живете тут давно?

— При Иване Грозном тут ничего не было, хотя территория уже наша была. А при Советской власти гигант алюминиевый взметнулся. Даст первые тонны серебристого металла, как только геологи найдут в окрестностях руду, содержащую алюминий. С тех пор сюда пришла жизнь и до сих пор не уходит. Зато северное сияние каждый день бесплатно показывают.

— А по вечерам что на горизонте горит? Пожары?

— Нет. Это местное население. Ургумы. Они тут на оленях ездили, в чумах жили, рыбу ловили. Ну им и создали человеческие условия. В коттеджи переселили, мотоциклы выдали и колготки. А ургумы народ темный. Из всей цивилизации одну водку признали. Ну и по вечерам вокруг костра пляшут. Запалят коттедж и хороводом вокруг.

— Холодина у вас. Не топят, что ли?

— У нас отопление вулканического происхождения. Когда извержение, — вода нагревается и тепло. Ну, а как извержения нету, — прохладно. А вообще земля тут богатая. Вчера пять рублей нашел.

— А икра есть?

— Вы что? Уголовное дело! Сколько вам?

— Ну, килограмм.

— Пять. Меньше не выносят. С этим строго. Наволочками несут. Одна наволочка — пять кило. Грамм в грамм.

— Фу! Откуда такие комары здоровущие?!

— Потому что коровы маленькие.

— Какая связь?

— Комары у коров кровь пьют. Вот комары толстые, а коровы худые. Эх, были б коровы такие, как комары! Или, на худой конец, комары как коровы. А то загрызли вчистую.

— А средство от комаров есть?

— Конечно.

— Дайте четыре флакона.

— Два. Два в одни руки, а то пьют его.

— А если мне надо четыре?

— Возьмите два, а потом снова станьте в очередь и возьмете еще два.

— Так никого нет.

— Подождите. Может, кто зайдет. За ним и займете.

— А сразу два и два?

— Не имею права. А вы, случайно, не с той военной базы за сопкой будете?

— Откуда вы знаете, что там военная база? Это военная тайна.

— Все знают, но мы никому. Хотя никто и не спрашивает. А скажите, война будет?

— Вряд ли.

— Я тоже так думаю. Сейчас не до того. А вы к нам надолго?

— Да вот жду, когда летная погода установится, чтобы улететь.

— Значит, надолго. Дело в полосе. Сесть на нее, когда бензина уже нет, можно, полосы хватает.