Франсуаза позвонила ему и узнала, что своей душеприказчицей Капитан назначил ее, а единственной наследницей была Хэзел.
«Побольше бы таких сознательных покойников», – подумала мадемуазель Шавень.
Когда были улажены скучные формальности, медсестра сообщила девушке:
– Вы теперь владелица колоссального состояния. Чего бы вам хотелось?
– Остаться на Мертвом Пределе, чтобы никто не видел моего ужасного лица.
– Как раз перед смертью Капитана я говорила, что хочу жить здесь с вами. Вы по-прежнему не против?
Лицо Хэзел просияло.
– Я уже не смела и надеяться! Это мое самое заветное желание!
– Оно совпадает с моим.
– Но вправе ли я принять такую жертву? Ведь вы красивы, вы могли бы жить в большом мире, среди людей.
– Меня к ним совсем не тянет.
– Как это возможно?
Вместо ответа Франсуаза крепко обняла свое сокровище.
– Вы куда интереснее, чем целый мир, – сказала она девушке.
Так свершилась бархатная революция. Мадемуазель Шавень никого не уволила: верные люди всегда могли пригодиться, да и огромные деньги, кроме как на содержание прислуги, на острове тратить было больше не на что. Жаклин и дворецкий продолжали исполнять свои обязанности по кухне и дому.
Франсуаза перебралась из пурпурной комнаты в спальню Капитана. Не так уж редко кратчайший путь к власти лежит через тюрьму. Никому и в голову не пришло оспаривать ее права.
Время от времени Франсуаза ездила в Нё, где ее считали вдовой Лонкура. Она покупала редкие ценные книги, цветы и духи. Двое охранников всегда сопровождали её и несли покупки.
Она непременно делала крюк, не отказывая себе в удовольствии зайти в аптеку, чтобы подразнить своего разоблачителя. Всякий раз бывшая медсестра с елейной улыбкой просила у него термометр. «В память о старых добрых временах», – уточняла она. Аптекарю стоило больших усилий сохранять невозмутимый вид.
Вернувшись на Мертвый Предел, Франсуаза входила в комнату Хэзел, преподносила ей белые лилии и другие подарки, которые выбирала для нее в городе. Девушка сияла. С тех пор, как медсестра заняла место ее опекуна, бывшая питомица Капитана была из седьмом небе от счастья.
– Ну и что с того, что я безобразна? – регулярно повторяла она молодой женщине – Красивая внешность никогда не дала бы мне удела счастливее, чем жизнь с вами.
На самом же деле она хорошела день ото дня, и единственная, кому дано было ею любоваться, блаженствовала.
Лет двадцать спустя случилась война. Обитательницы Мертвого Предела ее почти не заметили и нисколько ею не интересовались.
Только когда неподалеку высадились союзники, они немного посетовали:
– Скорей бы все кончилось. От этих людей столько шума.






