ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джастин Росс, незаконный сын беспутного графа Гревилла, неожиданно получил в полную власть не только титул и богатство своего скончавшегося отца, но и его прелестную содержанку – Эриел Саммерс.Пона... Бессердечный Кэт Мартин Глава 1 Суррей, Англия, 1800 год «О, если бы только я могла быть такой, как ты!» Скорчившись за живой изгородью, с двух сторон окаймлявшей узкую дорогу, ведущую к великолепному поместью Гревилл-Холл, Эриел Саммерс следила за роскошной черной каретой, катившейся по проселочной дороге с вершины холма к дому, на двери которого сверкал позолоченный шлем. На красных бархатных подушках расположились дочь лорда леди Барбара Росс и ее друзья, веселые и беззаботные. Эриел смотрела вслед карете с тоской и томлением. Как это приятно – быть одетой в платье из тончайшего шелка самых нежных тонов и оттенков – розового, сиреневого и зеленого, переливающегося всеми цветами радуги! При этом к платью каждого цвета прилагался крошечный зонтик в тон ему. «Наступит и мой день», – говорила она себе упрямо. Закрыв глаза, она представляла себя в нарядной золотистой одежде, которую украшали ее бледно-золотые волосы, зачесанные наверх и уложенные крупными локонами, а также в шевровых башмачках под цвет платью, облегавших ее маленькие и стройные ножки. «Наступит день, когда и у меня будет такая же карета, – говорила она себе, – и для каждого дня недели свое платье». Но она знала, что этот день наступит еще не скоро. Из груди ее вырвался подавленный вздох. Она подхватила свои заскорузлые темно-коричневые юбки, приподняв над столь же грубыми башмаками, чтобы не путаться в них, и помчалась к коттеджу. Ей следовало быть дома еще час назад. Отец придет в ярость, если узнает, где она была и чем занималась. Она молила Бога, чтобы к ее возвращению он еще не вернулся с поля. Но когда она приподняла кожаный занавес, заменявший дверь хижины, Уитби Саммерс уже ожидал ее. Отец пребольно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако она становилась зрелой женщиной, ее тело теряло свою почти мальчишескую стройность, что так пленяло его прежде, и он сознавал, что скоро она надоест ему. Его влекли юность и прелесть невинности. Теперь его вкусы оставались неизменными, и это приносило ему некоторые затруднения и заботы.

Его мысли обратились к прошлому, к дням его юности, и с уст его сорвалось грязное слово. Он женился в девятнадцать лет. Это был брак по сговору, и этот союз оставил в нем только горькие воспоминания о робкой, забитой и бесчувственной жене, теперь уже давно почившей в Бозе, оставившей ему красивую, но совершенно никчемную дочь, а не сына-наследника, в котором он так нуждался. Конечно, у него был незаконнорожденный сын – бастард Джастин, это семя дьявола, которого он прижил от Изобел Бедфорд, дочери местного сквайра. Изобел была прекрасной и необузданной, такой же бесшабашной и склонной предаваться наслаждениям, как и он сам. Он мог бы и не поверить, что мальчишка – его сын, но физическое сходство и вражда, установившаяся между ними, стали неопровержимым доказательством его отцовства.

Фаэтон свернул на грязную проселочную дорогу, которая вела к коттеджу арендатора Уитби Саммерса, и Эдмунд снова стал думать о Дилайле и о том, какие еще наслаждения доставит ему ее молодое тело, когда он вернется в Лондон. Но при виде белокурой дочери Уита, которой только что исполнилось четырнадцать, его мысли приняли совсем иной оборот. Эриел была высокой для своего возраста, прямой и тонкой, как стебель тростника, но в ней уже можно было разглядеть признаки наступающего расцвета женственности. Пока это были только едва заметные признаки. С длинными льняными локонами, синими, как китайский фарфор, глазами, нежным ртом, изогнутым, как лук Купидона, и лицом в форме сердечка, девочка обещала стать настоящей красавицей. Каждый раз появляясь у них в коттедже, он был неизменно добр к ней. Пока она еще не созрела, чтобы стать его подругой, но Эдмунд всегда держал дверь открытой на случай, если вдруг повезет.

Эриел смотрела на блестящий черный фаэтон, подкативший к их дому. Она знала, что он приедет. Граф всегда являлся к ним в один и тот же день, раз в месяц.

Оглядев себя, она расправила простую синюю юбку и чистую белую блузку, выстиранные вчера ради такого случая. Бессознательно она потерла синяк на бедре, там, куда пришелся кулак отца. Она кокетничала с Джеком Доббсом, младшим сыном бондаря, сказал он. Это было неправдой. Джек Доббс был без ума от Бетси Силлз, дочери мясника и лучшей подруги Эриел, но, когда Уит Саммерс был под хмельком, как вчера вечером, для него никакие доводы не имели значения.

Но Эриел была даже рада, что так случилось.