ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Один из самых известных фантастических сериалов, начало которому положили произведения знаменитого британского писателя и мыслителя Колина Уилсона, получил свое продолжение в работах отечественных авт... Демон Нэт Прикли ЧАСТЬ 1 МЕЧ МАСТЕРА Сырые коричневые стены подвала украшали только редкие факелы, воткнутые в специально выдолбленные отверстия. Впрочем, это могло быть и глубокое подземелье — никаких окон или продушин под потолком не проглядывалось, свод глухо смыкался над головой, а между камней стен никаких стыков рассмотреть не удавалось. Возможно, искусные строители так плотно подогнали кладку, что швы остались неразличимы — но столь же правдоподобно и то, что не очень мастеровитые, но трудолюбивые ремесленники вырубили помещение в едином скальном монолите. В пользу второго предположения говорила весьма грубая обработка поверхности. Хотя… В двадцатом и начале двадцать первого веков стилизация под неуклюже отесанный камень получила весьма широкое распространение. В угоду моде плазменные резаки под руководством компьютера наносили характерные признаки «неуклюжей работы» с микронной точностью. Найл сделал шаг вперед, споткнулся обо что-то мягкое, отступил и опустил глаза вниз. Он стоял в центре обширной октограммы, вдоль толстых белых линий которой бежали цепочки мелких красных иероглифов. Однако больше всего Посланника Богини удивило то, что он был совершенно обнажен. Из одежды оставались только золотой перстень на безымянном пальце правой руки — недавний подарок Ямиссы; и широкий золотой браслет с вытянутым крестом на левой руке — знак одитора. — А где всё?.. — невольно вырвалось у него. Привычный к невзгодам, неожиданным зигзагам судьбы, всегда готовый к самым неожиданным напастям он, пожалуй, обошелся бы без одежды и на снежных вершинах Серых гор, и под палящим солнцем Золотого Мира — но вот без оружия за поясом правитель сразу испытал острую неуютственность. В

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Никто и никогда не запрещал двуногим посещать эти места, но люди издавна бесследно исчезали среди поросших травою неглубоких ям, лишь формой напоминающих древние фундаменты. Тайна Запретных развалин открылась Посланнику Богини лишь во время бегства от жестоких северян.

Именно из этих ям выбрались и присоединились к колонне беженцев самки с новорожденными паучатами. Смертоносцы не хотели, чтобы хитрые двуногие знали, где их властители появляются на свет, и не желали, чтобы люди даже случайно забредали в эти места. Неизвестно, скольким сотням или даже тысячам людей довелось заплатить жизнью за излишнее любопытство или просто беспечность, но восьмилапые своего добились — от поросшего зеленью квартала и люди, и жуки-бомбардиры предпочитали держаться подальше.

Прозвище «Запретные» сохранилось за развалинами даже на время недолгого правления городом князем Граничным.

Хотя после возвращения Найла рожать паучихи отправлялись в Дельту, тем не менее, в развалинах между восьмилапыми по-прежнему творилось некое таинство, и они недолюбливали присутствия чужаков.

Но что поразительно — Стив, бывший астронавт, прилетевший с Новой Земли всего год назад и оставшийся на Земле старой случайно, лишь из-за увлечения обычной служанкой дворца правителя, стал таки для смертоносцев своим!

Пилот до мозга костей, не мыслящий своего существования без неба, он немедленно признал за гигантскими пауками право на разум — ведь они умели взмывать в звенящую голубизну на воздушных шарах! Однако сам астронавт поначалу вызывал у летающих пауков только презрение: рожденный двуногим рвется в воздух?

Его допускали в ангары возле Черной Башни только из уважения к Посланнику Богини, не скрывая отвращения.

Но очень скоро все изменилось, причем буквально за минуту — в полном соответствии с обычными человеческими нормами безопасности, Стив сделал

себе парашют-параплан, и предложил обзавестись такими же другим пилотам.

Паукам дали возможность летать без шаров! Понять истинное значение этого почти сакрального деяния дано только смертоносцам.

О, да, разумеется, инстинктивное стремление взмыть ввысь присуще всем восьмилапым. Даже не сотни, а миллионы, десятки миллионов лет жизнь любого юного паучка начиналась с того, что он сплетал себе небольшую овальную паутинку, забирался на нее и, дождавшись порыва ветра, перекусывал связующую с опорой нить. Путешественник взмывал в небо и отправлялся обживать новые земли: может, за километр, а может — и за сотни километров от места рождения. Это уже зависело только от капризов ветра.

После рождения Великой Богини, пауки стали стремительно набирать вес и размеры. Спустя пару столетий уже никакая паутина и никакой ветер не могли оторвать восьмилапых от земли.