Следователь извиняется, чуть ли не расшаркивается… А перед самым «с вещами на выход» подсадили ко мне одного неприметного дядю. И сумел он меня эдак ненавязчиво разговорить. Видно, мастер был на такие разговоры. Я на радостях ему выболтал, что скоро на волю выхожу и все благодаря поддержке влиятельных людей. Мне тогда только девятнадцать стукнуло… Тот сдержанно меня поздравил и заговорил неожиданно жестким, не терпящим возражений тоном.
«Ты, парень, к своему прежнему хозяину не ходи больше. Он тебя один раз сдал, сдаст и во второй. Это ведь не он тебя вытаскивал – он просто не мешал это делать другим. Да и нечего тебе ерундой заниматься. Слушай и запоминай…»
Из института меня к тому времени уже выперли, к хозяину возвращаться после услышанного ни малейшего желания… Так вот я и попал на Базу. По «наколке» того сокамерника. Ох, не зря его тогда ко мне подсадили… Не зря. Как только ребра зажили, я оказался в… Название опустим, это несущественно. Когда-то здесь была ведомственная турбаза. Научные работники приезжали сюда зимой (лыжи-санки) и летом (солнце, воздух и вода). Но вскоре у научных работничков турбазу экспроприировали. И вместо базы отдыха устроили Базу…
Все было переоборудовано, как под воинскую часть. Стрельбище, спортзал. Изготовлен был специальный макет городской местности. Имелся на территории даже один армейский вездеход. Танков и бэтээров не видел. И собралось нас там человек двадцать, в том числе две девушки. Одеты кто во что (это считалось неважным). Кто в камуфляж, кто в костюм спортивный… То же самое с прическами – кто брит наголо, кто с длинными волосами, сзади заплетенными в косичку. Насчет судимых – не скажу, не осведомлен. Только один уж точно ранее зону топтал. Некто Армен, все плечи, грудь и руки синие от наколок. Но парень он был серьезный, дисциплинированный и умелый. Одним словом – классических уголовничков и тем более их обычаев и законов тюремных в том лагере не было.
Возраст – от 17 до 40. Многие только демобилизовались из ВДВ, морской пехоты, внутренних войск. Двое из бывших ментов (младшие офицеры). Ничего. Нормальные ребята, как все, неразговорчивые только. Все бывшие спортсмены – биатлонисты, борцы, боксеры, пятиборцы, специалисты по восточным единоборствам. Образовательный уровень – от восьми классов до престижных вузов. Полный интернационал – русские, кавказцы, татары, украинцы и даже один бурят. Два вьетнамца. Жестокие до крайности, дерзкие. А на вид – доходяги доходягами.
Две девушки жили отдельно от нас и обучение окончили на две недели раньше. Татарка Венера, в прошлом медсестра, перворазрядница по волейболу, и биатлонистка Таня, русская, крупная девица лет двадцати пяти. Общались они в основном между собой. А нам и не до баб было.






