ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Повесть «Земля» — философско-ироническое исследование будущего. Сначала я хотел назвать эту повесть «Когда не везет». Название как название, не хорошее и не дрянь. Но потом я придумал кое-что получше. То есть это мне показалось, что получше, на самом деле было тоже плохо: «Как Земля меня обидела». В поисках более приличных вариантов я шатался по Курортному Сектору, бродил по пустынным в дневное время переходам, спасаясь от духоты в иллюзорных оазисах криогенных «пятачков» и под трубопроводами клубниколы, и наконец мне пришла в голову мысль, что названия, начинающиеся с вопросительных местоимений, исполнены наивной двусмысленности. Тогда я назвал будущую повесть «Земля». Хотя самое верное было бы — «Роняю грустные слова…». О героях моей повести… ОН поначалу назывался безлико и плоско: Наш Герой. Очень быстро я понял, что все повествование на такой бодряческой ноте не выдержу, и переименовал главного персонажа в Олега. Почему в Олега — черт его знает. Имя это мне никогда особенно не нравилось. Затем в повесть постучалось отчуждающее прозвище Тот: я хотел, чтобы всем была понятна полная несовместность действующего лица и меня самого. Вспомнив, что так же звали одно грозное божество и — попутно — даже целую семью, описанную известным венгерским писателем прошлого века, я испугался и отрекся от новой идеи, а потом вдруг вытащил карманный комп и набрал четыре буквы. На экранчике высветилось слово «Фант» — сокращение от «фантом». Слово, без сомнения, дурацкое. Своего сына я бы так не назвал… Героиню наречем Иолантой. Есть тут одна причина, но о ней в конце. Свою дочь (которая не родится никогда: Неприятность отразилась и на мне) я тоже так не назвал бы… Кстати, слова «Фант» и «Иоланта» откровенно созвучны. Похоже, я попался на удочку дурного вкуса. — Вот, к примеру, у меня родственник есть, — ни с того ни с сего начал этот полнокровный че

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И каждая из этих капелек может разлиться в озеро подлости, море чужого горя и океан нашей собственной безысходной тоски по утраченному добру…

Вот теперь Фант, удовлетворенный, откидывается на скамеечке. Начало ЭКСПОЗИЦИИ есть. Теперь надо подумать о цитате. Следуя законам построения фуги, цитата должна идти

после

текста определенного куска. По счастью, Фант случайно помнит код цитаты, которая, по его мнению, в данном случае будет на месте. Он набирает: «3819457». На дисплее проявляется текст:

Король

. …Ты безнравственный человек, Бекет. (С тревогой.) Как надо говорить: безнравственный или бессовестный?

Бекет

(улыбаясь). Это зависит от того, что имеется в виду. Единственное, что бессовестно, государь, это не делать того, что нужно, тогда, когда это нужно.

Король

(приветствуя толпу, милостиво). В общем, нравственность — это лекарство, в которое ты не веришь?

Бекет

(кланяясь, вслед за королем). Это средство для наружного употребления, государь.

В конце цитаты Фант ставит звездочку. Она обозначает примечание. А примечание Фант пишет такое: «Здесь и далее — все, что сочинено не мной (в данном случае — Ж. Ануй „Томас Бекет“, действие второе), по неизвестным причинам относится к Противосложению».

Фант пишет очень быстро. У него легкая рука, Вот и сейчас — почти 8000 знаков он написал за полчаса. Иоланта все еще спит. Фант разминает пальцы и продолжает:

2. Мы опасливо подошли и осторожно заглянули внутрь. Там было темно и жарковато. Через равные интервалы времени нас обдавало порывами удушливого ветра, дурно пахнущего и обжигающего кожу. Над нами поблескивали шестнадцать гигантских блоков матового цвета. Они располагались по дуге. Ровно столько же им подобных окостенений эмалево сверкали прямо перед нами. В четвертом слева была дыра. Я заглянул туда, но на меня ринулись клубы такого смрада, что я еле удержался на ногах и не свалился в вязкую пузырчатую жидкость, скопившуюся по ту сторону дуги. «Не провалиться бы на обратном пути», — подумал я про дыру и сообщил об этом моей верной подруге.

— А ты уверен, что мы будем возвращаться именно этой дорогой? — едко спросила у меня верная подруга.

— Готово! — восклицает Фант и, не глядя, проводит пальцем по кнопкам компа. На экране зажигается случайная комбинация цифр и следом — цитата:

— Господи Иисусе! — воскликнул я. — Да здесь целый новый свет!

— Нисколько он не новый, — возразил добрый человек, — а вот говорят, что где-то неподалеку есть новая земля, с солнцем и с луной, и что на ней творятся славные дела, однако наш свет древнее.

Ф. Рабле. «Гаргантюа и Пантагрюэль», книга вторая — «Пантагрюэль, король дипсодов…», гл. XXXII

Фант разогнался и строчит, уже не отрываясь:

3. Мы с супругой прибыли на космодром, когда все уже было готово к полету.