ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Любовь к жизни, доверие к себе, доброе и активное отношение к окружающим — вот основные уроки притч, сообщенные Крайоном проповеднику и писателю Ли Кэрроллу. Истории Крайона, как и комментарии к ни... Притчи Ли Кэрролл Посвящается всем, кто прочитал эти истории и почувствовал любовь, с которой они были дарованы… и энергию, которая может изменить жизнь. Как и прежде, эта книга написана в любви к человечеству, вступающему в этот новый век. Ли Кэрролл Вы спокойно живете дальше, но посмотрите, что произошло с теми, кто вас окружает! Больше поло-вины из них сами станут «чистыми» и не будут вязнуть в дегте. Остановитесь и задумайтесь над тем, что же в действительности произошло. Вы не проповедовали свой дар и не уговаривали никого из них изме-ниться ради вас, и все же они изменились. Вот так один человек, постаравшись для себя, создал нечто и для всех! Дорогие наши, мы говорим, что когда вы изменитесь, все вокруг вас начнет меняться. Людей не оста-вят равнодушными исходящие от вас умиротворенность и любовь. Они будут укрощать и смягчать сердца людей. Подобно тому, как один магнит может повлиять на ориентацию других, так и ваше новое состояние повлияет на окружающих, да и ваша жизнь уже не будет такой, как прежде. Послесловие автора Взгляните на эту короткую притчу, в которой содержится предельно ясное описание того, как энер-гия новой эры воздействует на нашу планету. В этой притче Крайон говорит о людях в яме, которые «покрыты дегтем с ног до головы и не могут быстро двигаться, потому что деготь очень густой». Это мы, в обычной жизни, при старой энергии, скованные старыми кармическими уроками. Мы ста-раемся, как можем, и тащим этот груз на себе. Затем Крайон произносит четыре слова, которые передают его космический нрав. Он говорит: «Это лишь воображаемое состояние». Так Крайон напоминает нам, что наш земной опыт не является реальностью, и дуальность нашего существования и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

К большому огорчению ее ныне покойной матери, она так и не смогла тогда объяснить ей, почему она в такой ярости ушла из дому. Мать была ни при чем, думала она, и все же это разлучило их. Джессика злилась и из-за этого. Ее мама никогда не была ей подругой, подруги появились у Джессики лишь позднее.

Получилось так, что попытка Джессики помочь самой себе обернулась подлинным просветлением. Она встретила подругу, которая светилась радостью, любовью и умиротворенностью, коих так жаждала Джессика. Эта женщина познакомила Джессику с поразившими ее сознание представлениями о собствен-ном достоинстве и ответственности, но принять их ей было все же еще трудно. Однако она поняла, что жить — это гораздо больше, чем лелеять свой гнев, и обрела надежду, что новое верование, открытое для нее этой женщиной, поможет ей раз и навсегда избавиться от гнева, который якорем держал ее.

***

Джессика была очень милой женщиной, но чрезвычайно гневливой. Глубоко внутри, за милым фаса-дом, клокотал гнев, который только и ждал возможности прорваться наружу. Он был исполнен безумия, злопамятности и обладал разрушительной силой. Это была и сила саморазрушения, и потому гнев подтал-кивал Джессику к мысли, что она недостойна того, чтобы жить.

Лишь очень немногим удавалось разглядеть гнев за ее милой наружностью. Внешне она казалась одной, но внутри была совершенно иной. Ее гнев частенько прорывался наружу в самые неподходящие мо-менты. Казалось, что эти вспышки ее еще больше злили — можно сказать, она гневалась из-за того, что была в гневе. Меньше всего на свете хотела Джессика, чтобы выражение ее лица было сердитым, поэтому, как могла, старалась не терять самообладания, зная, что это не приличествует воспитанной, культурной женщине.

Отношения с мужчинами были для Джессики пыткой. Каждый раз все заканчивалось ее взрывом яро-сти, и мужчина больше не возвращался. Она ничего не могла с собой поделать. Джессика не знала, была ли для гнева какая-то причина или нет, но злой она бывала всегда. После таких вспышек она снова станови-лась милейшим существом, до тех пор, пока что-то опять не нажимало на ее «кнопки» и гнев снова не про-рывался наружу. Он был неудержим, ужасен, она не могла совладать с собой и знала об этом.

Джессика стала искать помощи и вскоре осознала, что причиной ее гнева было то, что случилось с ней в детстве, ибо Джессика в детстве подверглась насилию. То, как ее отец относился к ней, нельзя было простить. Нельзя было простить и забыть то, что с ней делали ради удовлетворения животной похоти. Каж-дый раз, когда она думала о тех временах, она не могла сдержать свой гнев. Как же она ненавидела его! Джессика убежала из дому, как только смогла это сделать, и с тех пор не видела отца.