Брайен огляделся, пристально всматриваясь в полутьму храма, но не заметил признаков скрытой опасности. Единственное, на что он обратил внимание, было то, что удушливый запах ладана почти исчез, как будто откуда-то проникал свежий воздух.
«Отец Доннелли сказал, что аббатство давно пустует. Значит, он, по-видимому, не был местным аббатом, а находился здесь в качестве хранителя, хотя и не похож на тех священнослужителей, которых епископ мог сослать в подобное место, – подумал Флинн. – Но он не похож также и на тайного члена временной Ирландской республиканской армии».
Эта мысль сильно взволновала его.
Из темноты вновь появился священник, все еще со свечой в руке.
– Идемте за мной. – Он провел их в полуоткрытую дверь за алтарем, искусно окованную железом.
Прелат удивленно посмотрел на двух доверившихся ему людей, не понимая, почему они топчутся и не входят внутрь.
– Это склеп, – пояснил он.
– Знаю, что это такое. Всем известно, что склеп обычно располагается под алтарем.
– Да, – согласился священник. – Они первым делом произведут обыск здесь. Мы же идем дальше.
В полутьме Флинн рассмотрел спускающиеся вниз каменные ступеньки. На стене он увидел свечу в янтарном подсвечнике, едва освещавшую пол и стены из белого известняка. Свеча горела, видимо, постоянно.
– Почему раньше я никогда не слышал об этом аббатстве, как о безопасном месте?
Священник пристально посмотрел на него и спокойно ответил:
– Потому что раньше вы не нуждались в нем.
«Типичная для священнослужителя фраза», – подумал Брайен.
Он повернулся к Морин. Она взволнованно переводила взгляд со ступеней на священника, страшно боясь войти в склеп, а настойчивый тон аббата лишь усиливал ее страх. Поколебавшись еще мгновение, она шагнула вниз и начала спускаться по ступенькам. Флинн также очень внимательно посмотрел на священника и последовал за Морин.
Отец Доннелли вел их вдоль известковой стены, за которой находились захоронения бывших настоятелей и монахов Уайтхорнского аббатства. Вдруг он остановился и открыл бронзовую дверь одного из склепов, на котором было высечено: «Отец Симус Кахилл». Держа в руках свечу, он вошел внутрь. Первое, что бросилось Морин в глаза, был деревянный гроб, стоявший на каменном постаменте посредине тесной камеры.
Отец Доннелли передал свечу Брайену и поднял крышку гроба. Внутри лежали мощи, закутанные в простыни, от них исходил тошнотворный запах зеленой плесени, которая, как мох, покрывала все полотно.
– Это прутья и солома, – пояснил пастор.
Он отодвинул «мощи» и поднял скрытую щеколду – дно гроба заколебалось и стало опускаться вместе с поддельной мумией.
– Да, да. Для наших дней это немного театрально, но в те времена, когда эта система задумывалась, в ней была необходимость и использовалась она довольно часто.






