Потом была лавина вопросов.
Да, отвечал Саша, все подтвердилось. Да, сражались. Да, отыскали. Да… прикончили.
И в самый разгар ожесточенного спора о том, кто такие Неведомые и что это за многоногие твари привиделись Саше, в дверь кабинета сильно и резко постучали. Все так и замерли.
Глава тринадцатая
Света
– Я поеду.
Светочка стояла в дверях. Хорошо было слышно, как беснуется запертый в холле Гарден.
– Поезжай. – Виталий смотрел куда-то мимо. «Бунт? – казалось, спрашивали его ледяные глаза. – Что ж, попробуй. Только не переиграй с этим».
После бессонной ночи у Светочки слегка кружилась голова.
– Мне кажется, дружок, кто-то вчера выпил слишком много шампанского.
– Не так много, как ты хочешь представить. – Семейная сцена на пороге. Боже мой, какая пошлость! Хотелось немедленно развернуться и выйти вон, но в то же время дико подмывало сказануть этому самодовольному мужику какую-нибудь гадость. Светочка выбрала первое.
– Жлоб, – прошипела она про себя уже на лестнице. – Денег выше крыше, а зубы себе приличные никак не сделает!
«Когда вам будет угодно», – сказал доктор Игорь. Нам угодно сейчас. Нам угодно немедленно вырваться из этой болотной жижи и лечь на горячий песок. И чтоб на тысячу километров в округе НИ ОДНОГО ЧЕЛОВЕКА!
Снова навалились воспоминания о душных ночных кошмарах. Круговерть лиц и событий: реальных и порожденных больной фантазией (Господи, неужели моей?). Отец, Иван, чьи-то ужасно толстые неулыбчивые дети, Олег с дикими глазами, Людмила Афанасьевна (ноги, ее больные ноги!), опять отец и Виталий, все время Виталий…
Почему ты так злишься на него? И почему ты не можешь уйти? Чем так держит тебя этот человек-волк? Неужели деньгами? Ведь даже глубоко покопавшись, ты не можешь выудить из памяти ни одного слова, взгляда, жеста, говорящего о его любви… Но ты знаешь, где искать ответы. Что же ты медлишь? Боишься? Кого? Доктора Игоря – современного Фауста с его загадочным аппаратом? Или все-таки не решаешься ослушаться Виталия? Чего проще – прийти часа через два домой как ни в чем не бывало, поцеловать и небрежно бросить: «Прошлась по магазинам. Ничего интересного». Будь уверена: он сделает вид, как будто в нашей жизни никогда и не было той безобразной утренней сцены.
Светочка бесцельно бродила по городу. В двух шагах за ней недоумевающей тенью следовал телохранитель. Кажется, Гену уже два раза оштрафовали за неправильную стоянку. Магазины, салоны… Бесконечные ряды продуктов, вызывающие лишь тошноту… Километры тканей, от которых рябит в глазах… Жирный блеск драгоценностей… Не чувствуя усталости, она прошагала, кажется, несколько десятков километров… И вдруг очнулась перед вереницей мерцающих экранов. «Филипс»? Сюда-то каким ветром занесло?
Телевизоры мерзко мерцали голубым.






