ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В мире Файеран существует немало видов магии – от запретной, некромантской, до элитной, боевой.Но особое место здесь занимает магия эмпатическая – та, которой обучают лишь воспитанников таинственно... Пролог, написанный Деометрией Жижикой, фельдъегерем на службе лорда Александера Питта, Порт-Хлост, графство Питица Когда Жюльен Петит был уже легендарным бардом и бродячие кукольники давали представления, в которых он являлся одним из главных героев, а мамаши рассказывали малышам сказки на ночь, в которых Жюльен верхом на драконе освобождал прекрасную принцессу, я встретил старика-барда на ярмарке в Порт-Хлост. Двое мальчишек бежали к полосатому полотняному балагану, и один другому кричал на бегу: – Жюльен приехал! Жюльен приехал! Он поет в балагане Одрика! Я еще усмехнулся тогда – за Жюльена выдавал себя каждый второй бродячий бард на Северном тракте, хотя я сам вообще сильно сомневался в его существовании. Но поскольку письмо нотариусу, с которым лорд Александер послал меня в Хлост, я уже передал и заняться мне было нечем, из любопытства да еще из какого-то озорства я пошел за мальчишками. Хотелось взглянуть на того, кто с таким бесстыдством выдает себя за героя сказок, никогда не существовавшего на самом деле, как я думал. Однако, уже подходя к балагану, я почувствовал будто бы укол в самое сердце – небольшой балаганчик Одрика был забит до отказа и не вмещал всех желающих послушать барда. Любители бардовской песни теснились на улице у входа и заглядывали за занавеску, пытаясь что-то там разглядеть. Из балагана доносились чистый, хотя и не выдающийся, голос и звуки мандолины. В сказках и балладах о приключениях Жюльена мне, как и вам, наверное, приходилось слышать о неких волшебных вещах, которые делали его великим бардом, – мандолина эльфов, волшебный напиток парсикамских магов, пузырек с драконьей кровью и так далее. Забегая вперед, скажу, что отчасти все это правда

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В общем, все, чему Шеба могла найти применение в хозяйстве, а применение она находила всему. Нет, она не была жадной, корыстолюбивой, однако, как всякая женщина, хотела какого-то комфорта и для себя, и для ребенка.

После своего ухода из академии и скитаний по Северному тракту как ни оттягивал я этот момент, но все же явился к Олене, возлюбленной Боба, с которой он всего лишь одну ночь и провел вместе, да и то в очень целомудренной беседе. Больше полугода прошло с той ночи к тому времени, как я явился на порог этой девушки. Я надеялся, что она уже и забыла о том, кто такой был Боб-молотобоец, что встреча наша пройдет легко и быстро. Но я ошибся. Едва увидев медальон Боба, девушка побледнела и покачнулась, схватилась рукой за дверной косяк. Она приняла от меня последний и, наверное, единственный подарок Боба, сразу же повесила его себе на шею. Затем потребовала рассказать во всех подробностях, как погиб ее возлюбленный. Я рассказал, но, боюсь, многие подробности невольно опустил. Олена поблагодарила меня и распрощалась – все такая же бледная, с каким-то безумно горящим взором. Через десяток лет мы встретились снова – она после нашего разговора отрешилась от мирских забот и ушла в монастырь Молодых Богов, посвященный Шарвайту. Ко времени нашей встречи она уже стала матерью-настоятельницей монастыря, принимала меня в собственном кабинете, довольно большом и комфортном.

За эти годы я прошел многие сотни, наверное, даже тысячи лиг. Я побывал на далеком южном континенте, которого нет на наших картах и где живет большая часть драконьего народа. Я был и на крайнем севере, где соленое море сковано льдами, а холодно так, что слюна, вылетая изо рта, на лету замерзает. Я заходил в Восточных землях так далеко, что видел ту страну, которая на наших картах обозначена как Неизведанные земли. Я бывал в подземных городах под Западными и под Северными горами, хотя и старался не злоупотреблять приглашением Сынов Тени в подземелья.

Однажды много лет спустя после той битвы с некромантом я свернул с Северного тракта к отрогам Северных гор. Шарграйн к тому времени уже стал самым могущественным из вождей эльфийских кланов, его столица славилась богатством и величием строений. Я устал после долгого и опасного приключения, более всего мне хотелось оказаться в избушке Шебы и отдохнуть. Я решил срезать путь – пройти через подземелья, вместо того чтобы обходить Северные горы вокруг.

Меня приняли с почетом, подвели крупного самца-ящера, который и доставил меня в Гартель. Въезжая на центральную площадь столицы, расположенную в огромном гроте, я испытал настоящее потрясение. Освещенные таинственным красноватым светом мерцающих камней, посреди площади стояли две гигантские белые, вырубленные из мрамора фигуры.