Он счел мою книгу потрясающей. Более того, я намекнула ему, что ты собираешься оставить работу рейнджера.
– Что?
– Ты должен подумать о следующих четырех книгах, и ничто не должно мешать твоему писательскому труду.
Бедный Террилл лишился дара речи.
– Алиция, ты загнала меня в угол. Ведь писательница ты, а не я.
– Это знаю я, и это знаешь ты. Но господин Бидл никогда об этом не узнает. Я приехала попросить тебя встретиться с ним вместо меня.
– Но это безумие! Я ничего не знаю об этом ремесле. Я даже не читал своей книги.
– Это моя книга, – перебила его Алиция довольно кислым тоном, – у тебя будет уйма времени, чтобы прочесть ее. И тебе вовсе не надо ничего знать о том, как пишутся книги. Ты просто должен быть в форме рейнджера. Поговори с ним о своих подвигах, покажи бляху и револьвер. Именно это ему и интересно.
Террилл покачал головой:
– Я не буду даже пытаться выдать себя за кого-то другого. Мистер Бидл мгновенно меня разоблачит. Кроме того, я не могу отлучаться по собственному усмотрению. – Чем яростнее он возражал, тем яснее становилось, что он обдумывает просьбу Алиции.
– Я сказала о твоем намерении оставить работу рейнджера, и это не просто слова. Я собираюсь заработать кучу денег для нас обоих.
Террилл оцепенел.
– Я не могу позволить, чтобы ты меня содержала. Я не альфонс.
– Я это знаю, дорогой. – Она впервые назвала его так. – У меня было время обдумать все это. Ведь я не справилась бы с книгой без твоей помощи, а теперь мистер Бидл хочет, чтобы я написала еще четыре. Я уже начала второй роман, и он тоже основан на твоих рассказах.
– Ах вот как! – Скептическое выражение его лица показало Алиции, что он все еще не убежден.
– Ну неужели ты не понимаешь? Ты меня вдохновляешь. Я всегда мечтала стать писательницей, но пока мы не встретились, у меня ничего не получалось.
– Ты это серьезно?
– Серьезнее быть не может. Я не хочу провести всю свою остальную жизнь, сочиняя грошовые вестерны. Я хочу путешествовать и писать книги, но ты должен быть рядом, чтобы защищать меня. – Ее речь была пронизана страстью. – Подумай обо мне, любовь моя. Неужели тебе не хочется увидеть пирамиды или поохотиться на тигров, сидя на слоне?
К ее безмерному облегчению, Террилл снова превратился из сосульки в живого человека. Его напряжение спало.
– Я бы солгал, если бы сказал, что не хочу этого. Откровенно говоря, я и сам подумывал о том, чтобы оставить работу рейнджера. Но есть куча препятствий, которые предстоит преодолеть.
– Назови хотя бы одно.
– Твоя мать.
– Я справлюсь со своей матерью. Еще что?
– Твой издатель. Я никогда не сумею его убедить, что я писатель, по крайней мере пока достаточно не изучу твое творчество. А у нас нет на это времени.
– В таком случае я поеду с тобой.






