ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Над юными Улиссом и Райной тяготели позорные тайны прошлого их родителей, сломавшие когда-то их детскую дружбу. Много лет они пытались ненавидеть и презирать друг друга. Но любовь, необузданная и стра... Бесстрашная Александра Торн Пролог Техас, 1869 год Раз в месяц с точностью хорошо выверенных часов Улисс Прайд отправлялся на «седьмое» небо. Его лучший друг, точнее сказать, подруга, Райна де Варгас всегда его сопровождала. Болезненный астматический восьмилетний мальчик никогда не считал, что пятилетняя девочка – неподходящая компания. В Райне его привлекал подход к жизни, сводившийся вкратце к популярному высказыванию: кто не успел, тот опоздал, и пусть ему будет хуже. Райна пленяла Улисса еще и тем, что никогда не высмеивала его за слишком тщедушное тело и слишком ученый вид, и вообще он ей явно нравился. Рай, куда так стремился Улисс, находился в булочной господина Дитца в Фредериксберге, штат Техас. До того как мать Улисса вышла замуж, булочная принадлежала ей. Небеса сулили сладостную муку, а именно: право выбрать одно пирожное из необыкновенного изобилия восхитительных лакомств. Но к торжеству чревоугодия присоединялась и еще одна радость – возможность побыть вдвоем с Райной и почувствовать себя господином своей судьбы. – Позаботься о моей малышке, – сказала мать Райны однажды ясным октябрьским днем, когда Улисс и Райна усаживались за один из столиков в булочной. – Не беспокойтесь, мэм, я о ней не забуду, – ответил Улисс торжественно. Миссис де Варгас каждый раз повторяла это напутствие и каждый раз получала именно такой ответ. – Не ешь слишком быстро, – в свою очередь напутствовала Улисса его мать. – Ты ведь не хочешь, чтобы по пути домой у тебя разболелся живот? Улисс любил мать, но терпеть не мог, когда она начинала суетиться. Он хотел одного: чтобы она и миссис де Варгас поскорее отправились за покупками. Аромат яблочного пирога и дымящегося горячего шокола

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из уважения к Илке она надела одно из своих немногочисленных платьев и быстро расчесала щеткой волосы. Она не смогла устоять против искушения надеть сапоги вместо высоких башмаков на пуговицах, которые только заставляли болеть ее непривычные к такой обуви ноги.

Райна понимала, что сегодня за весь день ей не придется присесть. Во всяком случае, длинная юбка скроет сапоги. А если и не скроет, то люди опять немного посудачат, но ей это было безразлично. Она никогда не придавала особого значения тому, что думают другие.

Райна поспешила на кухню в надежде на то, что сможет быстро проглотить чашечку кофе перед тем, как отправиться к Прайдам. Посреди кухни спиной к ней стоял мужчина. Его плечи вздрагивали, будто его сотрясал приступ лихорадки. Боже милостивый, ведь это же Улисс, подумала она. Она-то считала, что он возвратился на ранчо вместе с ее родителями.

Он плакал, но похоже было, что не сознавал этого.

– О, Улисс, мне так жаль, – сказала она, обходя вокруг, чтобы увидеть его лицо.

– Это ты, Райна? – Он смахнул слезы тыльной стороной руки, как делал в детстве. – Я думал, что один здесь.

– Не стоит извиняться.

Подчиняясь инстинкту, она потянулась к Улиссу. Он схватил ее и крепко прижал к себе – все тело его сотрясалось от рыданий. Девушка поднялась на цыпочки и притянула к себе его голову.

Сейчас для Улисса не имело значения то, что это была именно Райна. Ему было необходимо укрыться от своего несчастья в тепле, в нежном прикосновении рук, гладивших его по голове.

Он должен был понять, что его мать больна, спросить ее, почему она так исхудала. Он должен был настоять, чтобы она обратилась к доктору. И не смел ссориться с ней.

Теперь он цеплялся за Райну, словно от этого зависела его жизнь, он нуждался в ней, как никогда не нуждался ни в одной женщине. Она обещала ему утешение, и он, благодарный, уцепился за этот якорь. Он слышал, как она плачет, чувствовал, что ее тело содрогается так же, как и его собственное.

Сначала, проводя рукой по спине Райны, он хотел только утешить ее так же, как и она пыталась утешить его. Она была хрупка и изящна, словно ребенок, и все же обладала телом женщины.

– Все будет хорошо, – сказала Райна, и он почувствовал на груди ее теплое дыхание, а в ушах звучал ее нежный, чуть хрипловатый голос.

Отважная маленькая Райна! Она всегда считала, что все уладится. Ее руки блуждали по спине Улисса, оставляя ощущение тепла. Ему было холодно, невероятно холодно, и он думал, ничто не сможет согреть его.

А Райна только хотела помочь Улиссу пережить его боль. Она собиралась лишь проявить участие, но, когда его губы прикоснулись к ее губам, она не могла не ответить на поцелуй. Его губы показались ей нежными, как шелк, но они касались ее с такой жадностью, что она ощутила его давнее томление.