Кэрол, присев на корточки на ступеньку повыше, ладошкой аккуратно вытерла ему лоб и щеку, то и дело задевая своей обнаженной упругой грудью его небритый подбородок.
А по лестнице тем временем быстро поднимался отряд человек в десять. Все – в одинаковых серых костюмах.
Крепко и умело связанные, они сидели на стульях в одной из тесных служебных комнат бара. Двое в сером стояли за их спинами. Остальные куда-то ушли. За стеной по прежнему весело гремела музыка.
Узкая неказистая дверь резко распахнулась и в комнату буквально влетел маленький и толстенький мужчина в солидном костюме и при дорогом галстуке с драгоценным зажимом.
– Дура! – закричал он прямо с порога. – Я зачем тебя активировал?!
– Да пошел ты! – со спокойной злостью произнесла девушка. – Урод недоделанный.
– Да я ж тебя могу запросто убить, – разозлился толстяк.
Кэрол только неприятно засмеялась.
И толстяк совершенно неожиданно для Сергея выхватил автоматический нож и, щелкнув кнопкой, вдруг принялся острым лезвием методично полосовать лицо девушки. Сергей, сидя с кляпом во рту, беззвучно закричал, судорожно пытаясь разорвать тугие путы или хотя бы допрыгать со стулом к месту трагедии. Двое в сером разом ухватили его стул, продолжая оставаться безучастными к происходящему. А толстяк между тем совершенно спокойно поднял голову девушки за окровавленный подбородок и, немного помедлив, медленно перерезал ей горло. Тело Кэрол забилось в предсмертных конвульсиях, с хрипом брызгая кровью из окровавленной раны.
– Вот дура! – промолвил толстяк, вытирая лезвие о волосы затихшей жертвы. После чего он повернулся к Сергею.
– Опять ты?! – произнес он, неторопливо приближаясь. – И снова ее любовник. Как ты мне надоел!
– А этот уже наш, – тихо проговорил один из серых, молчавший все это время. И толстяк остановился, сложил нож, спрятал его в карман и, махнув рукой, скрылся за дверью.
Ближайший охранник похлопал Сергея по плечу.
– Сам пойдешь? – спросил он вежливо.
Сергей кивнул, надеясь, что хоть ноги ему развяжут.
– Э-э, нет, – протянул второй. – Жирный боров-то скрылся, и этот тип теперь все свои эмоции выплеснет на нас. Лучше мы уж как-нибудь сами.
Устало привалившись к холодной стене камеры Сергей безучастно слушал болтовню своих соседей.
– Рыжего точно забрали в шестой отдел. Клянусь, – горячо шептал один. – А оттуда – сам знаешь – еще никто не возвращался.
– Говорят, они там людей всю жизнь держат в клетках, – зашептал в ответ второй.
– Точно-точно, – закивал первый. – Мне уже много раз об этом рассказывали. Они там какие-то ужасные опыты делают над людьми.
– Что ж они, сволочи, из тюрем то набирают?! – искренне возмутился второй, даже привстав от избытка чувств.
– Да тише ты, – успокоил его первый, потянув за рукав и оглядываясь на Сергея.






