— О, Дейв…
— Это пока только догадки, Линдсей, — мрачно добавил он. — Но если бы ты знала…
— Я ничего не знаю. К сожалению, мне никто ни о чем не рассказывает. — Она заклеила прорванную бумагу и увенчала свое творение огромным белым бантом. — Идем скорее, я хочу наконец отделаться от этой вечеринки.
Они пересекли площадь и поднялись в квартиру Джонсонов, находившуюся на втором этаже, над страховым агентством. Позвонив, они прислушались. В квартире царила тишина, совершенно несвойственная вечеринкам, даже таким спокойным, каким отдавали предпочтение в клубе Центральной площади.
Наконец, когда Линдсей уже начала гадать, не перепутала ли она время, открылась дверь, и миссис Джонсон проводила ее в пустую гостиную.
— Мы пришли слишком рано? — спросила Линдсей.
Тут внезапно из соседних комнат высыпало дюжины две человек, радостно крича: «Сюрприз!» и «С днем рождения, Линдсей!».
Линдсей, онемев, стояла на месте. Стиснув в руках коробку с собакой, она молча смотрела на окруживших ее оживленных соседей.
— Но до моего дня рождения еще больше двух недель.
Миссис Джонсон рассмеялась.
— Ну, теперь нам удалось доказать всем, кто думал, что мы не сможем тебя удивить, что они не правы. Ты ведь действительно такого не ожидала, а, Линдсей? Мы так и решили, что ты ничего не заподозришь, если мы устроим вечеринку раньше и придумаем другой повод. Правда, со стороны мистера Гарднера было очень мило сделать вид, что эта вечеринка — в его честь?
А Линдсей и не заметила, что Гибб тоже здесь. Видимо, он появился в гостиной вместе со всеми, но не подошел к ней и теперь с несколько скучающим видом сидел на подлокотнике кресла.
Мило? Это слово меньше всего подходило для определения поступков Гибба Гарднера, и Линдсей пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы вежливо кивнуть в знак согласия.
— Но должна признаться, — со смехом продолжала миссис Джонсон, — что, когда ты предложила приготовить ему небольшие подарки, мне стоило невероятных трудов не расхохотаться. Ну пойдем же, дорогая моя, вечеринка только начинается. — Она повлекла Линдсей к чайному столику и всунула ей в руки тарелку.
Около стола стояла Ския Оливер с ножом в руке и разрезала огромный разукрашенный торт. Вид у нее был не самый радостный, и Линдсей невольно подумала, а поведала ли ей миссис Джонсон о том, что вечеринка на самом деле устраивается не для Гибба?
Линдсей удалось незаметно отойти в сторонку, чтобы спросить Дейва:
— Ты что-нибудь об этом знал?
— Понятия не имел. Я хотел посмотреть фильм — только теперь, боюсь, уйти вовремя уже не удастся.
— Мне очень жаль, Дейв. Ты иди, если хочешь, я не обижусь.
— Ну уж нет — я останусь, хотя подобные компании и не очень люблю.
Линдсей увидела, как смотрит на нее Ския.






