ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Чтобы попасть в обоз переселенцев, отравляющийся на запад, отважная Эшли Уэбстер просит шерифа срочно найти ей мужа. Шериф предлагает ей своего узника Тэннера Мактэвиша – опасного мятежника-южанина. Н... Недотрога Конни Мейсон Пролог Весна 1866 года Сен-Джо, штат Миссури Шериф Бэрдсли нетерпеливо расхаживал по комнате, и на лице его отражалось то смущение, то досада. – Черт возьми, капитан, вы меня ставите в ужасное положение! Если я не посажу вас в тюрьму, военные меня с потрохами съедят. И какого дьявола вы выбрали для своих подвигов именно мой городок? Война закончилась, южане проиграли. Я с этим смирился. Отчего бы и вам не сделать то же самое? Тэннер Мактэвиш сжал кулаки так, что побелели костяшки, и хмуро посмотрел на шерифа Бэрдсли. – Может быть, для вас война и закончилась, шериф, а для меня она не кончится никогда. После того, что сделали синие мундиры с моим домом и моей семьей, стоит мне только увидеть янки, как немедленно возникает желание его убить. – Меня предупредили еще до вашего прибытия, чтобы я был начеку, – сказал Бэрдсли. – армейские начальники не хотят больше мириться, что вы нападаете на их людей. – Его голос смягчился. – Капитан, я давно вас знаю, и я всегда восхищался вашей храбростью. Я не забыл, как служил под вашим началом во время войны. Но с тех пор многое изменилось, я дал присягу охранять закон в Сен-Джо, и я никогда не уклоняюсь от исполнения долга. Тэннер бросил на шерифа мрачный взгляд. Также мрачно он и выглядел: дочерна загорелое лицо, заросшее грубой щетиной, и пронзительные серые глаза придавали ему свирепый вид. Он был высок, широкоплеч и темноволос, на нем были кожаный жилет и серые форменные брюки, какие во время гражданской войны носили офицеры армии южан. Достаточно было взглянуть на него, чтобы понять, что Тэннер Мактэвиш – опасный человек. – Исполняй свой долг, Бэрдсли, – хмуро пробормотал Тэннер. – извини, что попал в тво

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И они отдались своей страсти. Вместе они взмыли над бурей, а потом начали медленное возвращение обратно на землю.

Прошло много времени, когда Тэннер приподнялся, на локте и радостно засмеялся.

– Что смешного? – спросила Эшли. – Я думала, у тебя романтическое настроение.

– Я просто подумал, Янки, что, если наш ребенок будет похож на тебя, мне никогда не придется скучать.

Эшли притворилась рассерженной.

– А если наш ребенок будет похож на тебя, мне ни одной ночи не дадут поспать спокойно. – Она пододвинулась к нему и поцеловала.

Он поцеловал ее в ответ, а потом вздохнул с удовлетворением.

– До чего мне повезло! Раз уж пришлось жениться на янки, я рад, что выбрал такую, которая нашла в себе смелость повести меня к алтарю, как жертвенного агнца. А теперь спи, пока я не вздумал все повторить.

Но она не заснула.

И он выполнил свое намерение.

21

Июнь 1872 года

Тэннер пробрался сквозь чащу, помечая деревья, которые предстояло срубить. Он впервые осматривал этот участок, и ему приходилось осторожно обходить валежник. Его придется убрать в первую очередь, подумал Тэннер и наклонился пометить большую сосну, которая лежала поперек его пути.

Он с любопытством увидел странный знак, вырезанный на стволе, и подумал, уж не индейцы ли его вырезали в свое время. Знак напоминал изображение стрелы. Похоже, это дерево лежало на земле уже не один год.

Тэннер пошел дальше, но какое-то неясное чувство сверлило его, и он вернулся к поваленной сосне. Он внимательно разглядывал вырезанный знак и вдруг увидел еще кое-что. Сначала он этого не заметил, потому что ствол упал дуплом вниз. Заинтересовало Тэннера не само дупло, а то, что из него выглядывало. Опустившись на колени и упираясь плечом, он откатил ствол на несколько дюймов и смог засунуть руку в дупло и вытащить содержимое.

Седельные сумки, которые он вытащил, уже начали расползаться от плесени и сырости. Тэннер некоторое время с любопытством глядел на них, потом открыл. Ему в руки посыпали зеленые банкноты и золотые монеты. Тэннер опустился на землю, изумленный. Он не стал считать деньги, но на вид их было много, гораздо больше, чем ему когда-либо приходилось видеть.

Никаких указаний на владельца сумок не было, обычные личные вещи – расческа щетка, смена одежды. Тэннер долго сидел на корточках, разглядывая клад. С такими деньгами он сможет построить Эшли дом, которого она заслуживает, а остальное вложить в дело. Но ведь деньги чужие, одернул себя Тэннер. Их компания по заготовке леса развивалась успешно, но Тэннеру приходилось вкладывать почти всю прибыль в развитие дела. Конечно, они с Эшли не бедствовали, но Тэннеру хотелось дать как можно больше жене и маленькой дочке.

В конце концов, Тэннер запихнул деньги обратно в седельные сумки и приторочил их к своему седлу.