ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На острове Рэггид, где-то в глубинах затопленной древней шахты, называемой Водяной Бездной, хранятся несметные сокровища, спрятанные здесь знаменитым пиратом XVII века. Согласно легенде, сокровища... Дуглас Престон, Линкольн Чайлд «Остров» Линкольн Чайлд посвящает эту книгу своей дочери Веронике Дуглас Престон посвящает эту книгу своему брату Ричарду Престону Ну и денек! Все кругом залито ромом. Но наш отряд относительно трезв. У нас беспорядки! Мерзавцы устроили заговор. Идут постоянные разговоры о том, чтобы разделиться, так что я бдительно следил за добычей. Сегодня взяли одно, на борту чертовски много спиртного, так что экипаж веселился, чертовски веселился. Но потом все снова вернулось в норму. Из бортового журнала Эдварда Тича, известного под именем капитана Черная Борода. 1718 г. Если применять технологии двадцатого века для решения задач семнадцатого, можно либо добиться абсолютного успеха, либо потерпеть головокружительное поражение — середины нет. Орвилл Хорн, доктор философии ПРОЛОГ В июне 1790 года Саймон Раттер, рыбак из штата Мэн, ловивший треску, попал в шторм. Его легкая плоскодонка была до предела нагружена рыбой, он сбился с курса, и ему пришлось причалить к окутанному туманом острову Рэггид, [1] в шести милях от побережья. Дожидаясь, когда непогода утихнет, Саймон решил исследовать пустынную землю. За скалистыми утесами, давшими имя этому маленькому островку, рыбак обнаружил могучий дуб, с одной из нижних веток которого свисали старинные тали. А на земле под ними он разглядел вмятину. Несмотря на то что, по всеобщему мнению, остров был необитаем, Раттеру стало ясно: кто-то побывал здесь много лет назад. Охваченный любопытством, Раттер несколько недель спустя в воскресный день вновь отправился на остров, на сей раз вместе с братом. Они прихватили с собой кирки и лопаты и принялись копать в том месте, где обнаружилось углубление в земле. Примерно чере

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я все равно была занята — пыталась решить, что мне делать со своей долей сокровищ.

Хэтч улыбнулся. Они оба знали, что спасти с острова не удалось ничего и сокровища утеряны навсегда. Она нарочито громко вздохнула.

— В любом случае, ты готов увезти меня из этого ужасного места? Жду не дождусь шума, грязи, попрошаек, ежедневных газет и Гарвардской площади.

[102]

— Тогда садись.

Хэтч распахнул дверцу. Однако Бонтер продолжала стоять, опираясь о машину и вопросительно глядя на доктора.

— Ты позволишь пригласить тебя на обед?

— Конечно.

— И тогда наконец выяснится, как американские доктора желают юным леди спокойной ночи?

Хэтч усмехнулся.

— Мне кажется, мы уже разобрались с этим.

— О нет, этот вечер будет совсем другим. Мы не станем проводить его в Стормхейвене. Кроме того, за обед буду платить я.

И она с улыбкой вытащила из рукава блузки массивный золотой дублон.

Хэтч с изумлением смотрел на огромную монету, почти полностью накрывавшую ее ладонь.

— Черт возьми, где тебе удалось ее раздобыть?

Улыбка Бонтер стала еще шире.

— В твоем медицинском кабинете, naturellement.

[103]

Я нашла ее, когда искала радиометр. Первая — и последняя — монета из сокровищ острова Рэггид.

— Дай ее мне.

— Desolee,

[104]

мой друг. — Бонтер рассмеялась, быстро отдергивая руку с монетой. — Кто нашел, тот и владеет. Не забывай, именно я ее нашла. Не беспокойся, ею можно расплатиться за множество обедов. — Она забросила свою сумку на заднее сиденье и вновь наклонилась к нему. — А теперь вернемся к сегодняшнему вечеру. Тебе выбирать. Орлы или решки? — Она подбросила толстую монету в воздух.

В ней отразилось солнце, сверкнув на фоне окон почты.

— Ты хотела сказать, орел или решка, — поправил Хэтч.

— Вовсе нет, — заявила Бонтер, ловко поймав монету и ударяя ею по тыльной стороне ладони. — Орлы или решки? Ведь говорить надо именно так, non?

Она разжала ладони и посмотрела на монету, сладострастно прищурившись.

— Садись быстрее, пока нас обоих не сожгли, — рассмеялся Хэтч, втаскивая ее в машину.

Вскоре «ягуар» уже вывез их на окраину города. А еще через две минуты они подъехали к утесам за мысом Бёрнт-Хэд. Как только машина перевалила через вершину холма, в зеркале заднего вида, как открытка на память, отразился Стормхейвен: в гавани покачивались на волнах лодки, обшитые вагонкой белые домики подмигивали огоньками в окнах.

А затем в зеркале блеснуло солнце, и все исчезло.