ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Джек Форман любит свою жену Джулию. Но с тех пор, как она начала работать в «Ксимос текнолоджис», в ее поведении произошли сильные перемены: Джулия стала скрытной, порой без предупреждения не ночев... Добыча Майкл Крайтон День первый: 10.04 В жизни никогда не бывает так, как ты того ожидаешь. Я ведь никогда не собирался сидеть дома и заниматься детьми и домашним хозяйством. Однако последние полгода как раз это и делал. И вот теперь я находился в магазине «Корзина и бочка», расположенном в центре Сан-Хосе, и выбирал подставки под тарелки – те овальные, плетеные, что Джулия купила год назад, совсем износились, покрылись пятнами засохшего детского питания. Мне приглянулись желтые, яркие и приятные на вид. На полке шести подставок не оказалось, а мне было нужно именно шесть, и потому я попросил продавщицу сходить на склад, посмотреть, не найдется ли там еще несколько штук. Когда она ушла, зазвонил мой сотовый. Это была Джулия: – Привет, милый. – Привет, Джулия. Как дела? Я слышал размеренное пыхтение какого-то механизма. Скорее всего, это был вакуумный насос электронного микроскопа в ее лаборатории. Она спросила: – Ты чем занимаешься? – Да вообще-то подставки под тарелки покупаю. В «Корзине и бочке». – А, хорошо, – сказала она. Мне было ясно, что разговор этот Джулии совершенно не интересен. У нее было на уме что-то другое. – Послушай, Джек, мне правда страшно жаль, но я сегодня опять задержусь. – Угу… Продавщица вернулась с желтыми подставками. Я, по-прежнему прижимая телефон к уху, поднял три пальца, и она добавила к тем, что я отобрал, еще три штуки. Я спросил у Джулии: – У тебя все в порядке? – Да, но, как всегда, сплошная суматоха. Мы сегодня транслируем через спутник презентацию для потенциальных инвесторов из Азии и Европы, и у нас, разумеется, сложности с подключением. В общем, вернусь самое раннее в восемь. Ты сможешь покормить детей и уложить их спать? – Нет про

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Отдай мне бутыль и можешь отправляться домой.

Я не поверил ей ни на секунду.

– Где Мэй?

– Она отдыхает, Джек.

– Вы мучили ее.

– Нет-нет. Зачем мне ее мучить? – Джулия покачала головой. – Я никого мучить не хочу. Ни тебя, ни Мэй, никого. Почему ты не хочешь смириться с новой ситуацией?

Она протянула мне руку, я принял ее, и Джулия рванула меня к себе. Такой силы я от нее не ожидал.

– В конце концов, – сказала она, – ты же ее составная часть. Ты убил дикий рой и этим помог нам.

– Чтобы мог процветать рой доброкачественный…

– Вот именно. Процветать, создавая совместно с человеческими существами новый, синтетический вид.

Джулия улыбнулась. Улыбочка у нее, надо сказать, получилась жутковатая.

– Полная чушь, – сказал я. – Это болезнь.

– Ну, конечно, ничего другого ты сказать и не можешь. Потому что ничего пока не знаешь. Ты же не испытал этого на себе. – Она обняла меня. Я не сопротивлялся. – Перестань упрямиться, и поскорее. – Джулия опять улыбнулась. – Ах, Джек… Я и вправду соскучилась по тебе.

– Я тоже, – ответил я. – Тоже соскучился по тебе.

Я обнял ее, прижал к себе. Она была прекрасна – приоткрывшиеся, мягкие, зовущие губы. Я почувствовал, как расслабляется ее тело.

И тогда я спросил:

– Скажи мне одну вещь, Джулия. Она не дает мне покоя. Почему в больнице ты отказалась пройти магнитно-резонансное обследование?

Она нахмурилась, отклонилась назад, чтобы взглянуть мне в лицо.

– О чем ты?

– Ты вроде Аманды?

– Аманды?

– Нашей дочери… Помнишь, магнитно-резонансное сканирование ее излечило?

– О чем ты говоришь?

– Джулия, магнитное поле случайно не опасно для роя? Глаза ее расширились. Она начала вырываться:

– Пусти меня! Рикки!

– Прости, милая, – сказал я.

И ударил коленом по педали. Раздалось громкое бам! – магнит выдал импульс. Джулия завизжала.

Она визжала не переставая, широко раскрыв рот. Я крепко держал ее. Кожа на лице Джулии начала подрагивать, покрываться рябью. А потом оно, казалось, стало вспухать. Вспухание продолжалось, сквозь кожу пробивались струйки, потоки частиц.

И вот Джулия буквально распалась у меня на глазах. Потоки частиц сорвали кожу с ее лица и тела, как ветер срывает с дюны песок. Магнитное поле создало из частиц дугу, уходившую к стенам отсека.

Тело Джулии становилось в моих руках все более легким. Но частицы еще продолжали со свистом истекать из нее.

И когда все закончилось, оставшееся – то, что я продолжал держать в руках, – обратилось в подобие бледного трупа. Глаза Джулии глубоко запали. Губы стали тонкими, растрескавшимися, кожа – прозрачной. Волосы обесцветились, сделались ломкими.

– Джек, – прошептала она, – он пожирает меня.

– Знаю, – ответил я. Голос ее был едва слышен.

– Сделай что-нибудь. Дети… я… целовала их… Я ничего не сказал. Только закрыл глаза.