ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Впервые на русском — один из наиболее знаковых романов прославленного Пола Остера, автора интеллектуальных бестселлеров «Нью-йоркская трилогия» и «Книга иллюзий», «Ночь оракула» и «Тимбукту».Неписа... Левиафан Пол Остер 1 Шесть дней назад на обочине дороги в северной части Висконсина прогремел взрыв, в результате которого погиб мужчина. Свидетелей не оказалось, но, судя по всему, самодельная бомба, которую он собирал на траве возле припаркованной машины, взорвалась случайно. Если верить официальным итогам вскрытия, смерть наступила мгновенно. Тело разорвало на мелкие клочки и разбросало в радиусе двадцати метров. На данный момент (4 июля 1990 года) личность погибшего не установлена. ФБР при поддержке местной полиции и агентов из БАТО [1] первым делом проверили синий «додж» восемьдесят третьего года с иллинойскими номерами, но выяснилось, что машина краденая, — ее угнали в Джолиете 12 июня средь бела дня, прямо с автостоянки. Точно так же ничего не дал осмотр чудом уцелевшего бумажника. Документов было более чем достаточно — водительские права, карточка социального страхования, кредитные карточки, — но, когда их проверили по компьютеру, оказалось, что все они либо поддельные, либо ворованные. В других обстоятельствах сыщики не преминули бы снять отпечатки пальцев, но, увы, их не с чего было снимать. Тщательный осмотр машины тоже ничего не дал. Синий «додж» превратился в искореженную груду обуглившегося металла и пластика, и никаких отпечатков при всем старании они не нашли. Возможно, им больше повезет с зубами (если там что-то удалось собрать), но на это потребуется время, пожалуй, не один месяц. В конце концов они, конечно, нащупают ниточку, и все же: пока не будет установлена личность погибшего, им не за что уцепиться. По мне, чем больше это будет тянуться, тем лучше. История, которую я собираюсь рассказать, довольно запутанная, и, если они докопаются раньше, чем я у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несколько часов назад Сакс рассказал мне, как он убил человека, как он два года был в бегах, а я думал о гарнире! Я делал вид, что жизнь продолжается как ни в чем не бывало и что она по-прежнему состоит из бытовых мелочей. Потому и делал вид, что в душе знал — это не так.

И вторую ночь мы провели в разговорах. На этот раз мы расположились перед домом, на тех самых андирондакских стульях, на которых сиживали не единожды за эти годы, два голоса без тел, съеденных кромешной тьмой и проступающих лишь тогда, когда кто-то чиркал спичкой. Помню тлеющие концы сигар, мерцающих светлячков в кустах, необъятное небо в звездах — сколько раз я наблюдал эту картину! Природа успокаивала меня, но еще больше успокоил меня Сакс. Продолжительный сон восстановил его силы, и с первой минуты он стал хозяином положения. Голос его звучал твердо и располагал к доверию. В ту ночь он мне рассказал про статую Свободы, и это не было похоже на признание преступника. Он гордился собой, он был в ладу с собой, он говорил с убежденностью художника, осознающего, что им создано главное творение его жизни.

Это была невероятная сага о путешествиях и лицедействе, о безумствах и чудесных спасениях. Кто бы мог предположить, что каждый взрыв требовал титанических усилий: не одна неделя тщательного планирования и подготовки, изощренная система приобретения компонентов для самодельной бомбы, сочинение алиби, обман десятков людей, бесконечные разъезды. Выбрав город, он должен был прожить там какое-то время, не вызывая подозрений. Для начала следовало придумать себе имя и легенду, а так как все это было одноразового использования, следовало иметь неистощимое воображение. Имена он выбирал самые незамысловатые, неброские (Эд Смит, Эл Гудвин, Джек Уайт, Билл Фостер) и во внешности раз от разу что-то менял (то бороду отпустит, то волосы перекрасит, то очки нацепит, то сменит цивильный костюм на рабочую одежду — все эти детали использовались в различных комбинациях). Но главным, конечно, было найти объяснение своему приезду на несколько дней именно в этот город, где его никто не знал. Однажды он предстал университетским профессором, проводящим социологическое исследование жизненных ценностей в американской глубинке — исследование, которое должно было стать основой будущей книги. В другой раз он выступил в роли усыновленного некогда ребенка, который трогательно ищет своих биологических родителей. Еще он был бизнесменом, изучающим возможности инвестиций в местную недвижимость. А также вдовцом, который, потеряв в автокатастрофе жену и детей, решил перебраться в другой город.