ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Давнее дело об убийстве шестнадцатилетней девушки так и осталось нераскрытым.И теперь завершить его поручено Гарри Босху.Он быстро находит новые факты и новые улики.Но почему главный подозреваемый пог... Забытое дело Майкл Коннелли Детективам, заглядывающим в бездну Прошло десять минут. Соседей Гарри вызвали раньше, по одному, и на каждого шеф потратил примерно пять минут. Когда в кабинете был второй, Босх уловил доносящиеся из-за двери святая святых громкие голоса, а когда офицер наконец вышел, лицо его было пепельно-серым. Похоже, он как-то прокололся в глазах шефа, который, как поговаривали – кое-какие слухи доходили даже до пребывавшего в отставке Босха, – не терпел проколов со стороны подчиненных. В «Таймс» писали об одном высоком чине, пониженном в должности лишь за то, что он не уведомил начальника о происшествии с сыном некоего члена городского совета, выступавшего обычно на стороне критиков департамента. О случившемся шеф узнал только тогда, когда расстроенный папаша обратился с жалобой на незаконное задержание и грубое обращение с его отпрыском, как будто это полицейские заставили юнца выпить шесть мартини с водкой в баре «Мармаунт», а потом, по пути домой, врезаться в дерево на Малхолланд-драйв. Наконец Хоман положил трубку и ткнул пальцем в Босха. Гарри поднялся, и его быстро провели в угловой кабинет с видом на Юнион-стейшн и прилегающее железнодорожное депо. Вид был неплохой, хотя и не самый лучший, что, впрочем, не имело значения, поскольку само здание уже попало в список намеченных к сносу. Департамент же предполагалось разместить в неких временных офисах, пока на старом месте будет построена новая штаб-квартира. Нынешнее здание рядовые копы нередко называли «стеклянным домом», имея в виду слабую защищенность хранящихся в нем тайн. Интересно, спрашивал себя Босх, как окрестят новое здание? Начальник полиции сидел за большим письменным столом и подписыв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Поворот направо, и они выехали на Чейз-стрит, где уже стояла патрульная машина с открытыми дверцами. Райдер остановилась, и детективы вышли. Босх вытащил пистолет. Кто знает, может быть, Киз была права, когда предположила, что директор школы пожалел не его, а свою новую машину.

Входная дверь старого, эпохи Второй мировой войны, домика была открыта. Босх посмотрел на Райдер – она тоже вытащила оружие. Он шагнул к двери.

– Полиция! Мы входим!

Он перешагнул через порог, и в этот момент из глубины дома ответили:

– Чисто! Чисто!

Не расслабляясь и не опуская пистолет, Босх прошел в гостиную. Никого. На кофейном столике лежала вчерашняя «Дейли ньюс».

– Патруль! Выходим.

В комнату заглянули два полицейских. Оба с оружием наготове. Босх облегченно вздохнул и опустил пистолет.

– Чисто, – сказал первый патрульный. – Мы увидели, что дверь открыта, и вошли. Вам, пожалуй, стоит заглянуть в спальню.

Детективы проследовали за ними в спальню. С одной стороны короткого коридорчика находилась ванная, с другой спальня, использовавшаяся также как кабинет. На кровати лежал продолговатый ящичек. Под крышкой обнаружилась пенопластовая форма для длинноствольного пистолета. Но оружия в ней не было. Рядом с ящиком валялась коробка для патронов.

– Куда он мог направиться? – спросил патрульный. – Он опасен?

– Скорее всего только для себя самого, – ответил Босх, не сводя глаз с ящичка. – У кого-нибудь найдутся перчатки? Мои в машине.

– Возьмите.

Патрульный вытащил из кармашка на ремне пару латексных перчаток и протянул детективу. Босх натянул перчатки, взял коробку и поднял крышку. Патроны были на месте, выстроившись аккуратными рядами на пластмассовом донышке. Не хватало только одного.

Босх задумчиво посмотрел на пустое углубление. Райдер тронула его за плечо. Он повернулся, и она кивком указала на стол по другую сторону кровати.

На столе лежала фотография Ребекки Верлорен. Девушку сфотографировали на зеленом поле на фоне Эйфелевой башни. Черный беретик, на губах непринужденная улыбка. И улыбка на губах, и глаза, и вся ее поза, казалось, выражали любовь к человеку, на которого она смотрела.

– Вот почему его не было на снимках в ежегоднике, – сказал Босх. – Он фотографировал.

Райдер кивнула:

– Да, там все и началось. Там она в него влюбилась. МНЛ. Моя Настоящая Любовь.

Несколько секунд они оба молча смотрели на фотографию.

– Нам уезжать? – спросил старший патрульный.

Босх покачал головой:

– Нет. Останьтесь здесь до прибытия бригады криминалистов. И будьте готовы на случай, если он вернется.

– Вы уезжаете?

– Мы уезжаем.

Глава 40

Они быстро вернулись к машине, и Райдер снова села за руль.

– Куда? – спросила она, поворачивая ключ зажигания.

– К дому Верлоренов. И давай поспешим.