ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Яковлев Илья Черный снег Яковлев И.И. ЧЕРНЫЙ СНЕГ "Се, еси человек, сотворивый сие!…" Э. А. По "…моя тетя безумно умная!.." из высказываний бывшей супруги (тоже, в своём роде, великого человека) Часть первая. 1. Его отражение смотрело на него из зеркала с каким-то тихим ужасом. "Абсолютно не помню, что было вчера! С кем пил и по поводу чего – полная потеря памяти!"- подумал он и с отвращением посмотрел на ополовиненную бутылку водки, стоящую на подзеркальном столике. Надо было как-то побыстрее приходить в себя – предстояло еще и идти на службу. Хотя, что греха таить, в последнее время на службу в Управу Борис приходил исключительно в таком состоянии – с глубочайшего похмелья. Прополоскав какой-то новомодной мерзостью рот и с отвращением влив в себя с полстакана вчерашнего пойла, которое водкой назвать мог только отупевший оптимист, он потащился из ванной в спальню одеваться. Кое-как выгладив форменную сорочку (все равно под кителем не видно, а снимать китель сегодня не придется, весь день в разъездах), подгладив брюки и напялив фуражку, Борис допил остатки водки и вышел из квартиры. Выйдя из подъезда, он страдальчески прищурил глаза – солнце светило просто невыносимо ярко. Правда, постепенно глаза привыкли и вдобавок пойло, до сих пор стоявшее комком где-то в районе глотки или же пищевода, наконец-то соизволило провалиться в желудок и Борис почувствовал себя несколько лучше. На транспорте ехать не хотелось, благо до Управы было рукой подать, и он решил пройтись пешком. "За одно и проветрюсь хоть чуть-чуть", – устало подумал он. Здание Областного Управления Безопасности и Внутренних Дел было внушительным и было видно аж за пару кварталов. Когда-то Борис гордился местом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ложь эта, фальшь везде и во всём… Ты посмотри, что творится! Президент наш доблестный в церкви крестится, только что не земные поклоны бьёт. А ведь совсем недавно от имени и по поручению и от себя лично нес гордый факел атеизма в массы. По заветам нашего Иллича-Святича, вечно молодого и бессмертного. Шавки эти его, что в парламенте да в аппарате… Как ни интервью по телеку, так и поют: ах, какими же они при старой власти все были чуть ли не диссидентами! Да как они всегда, да на всех партсобраниях… Хорошо, хоть не врут, что они еще тогда выступали за свержение "прогнившего коммунистического режима". Да то ли ещё будет! Или вопят на каждом углу : "да здравствует демократия, да здравствуют реформы"! Ну, с реформами, в принципе, всё ясно. Как же они могут не "да здравствовать"? При них же воровать в особо крупных размерах – просто рай. Клондайк! А демократия? Вякать можно всё, что угодно, пока это не касается их власти и денег, нажитых за счет этой власти. Попробуй-ка поинтересоваться у них насчет всего этого или в прессе хоть намек кинуть. Живо башку вместе с позвоночником вырвут, да так быстро, что Хищник из кино позавидует. А, что там говорить! У тебя скоро закончатся славные студенческие годы, придешь в Контору работать, там всю эту гниль сама увидишь.

– У меня ещё экзамены… – вздохнула Юля, – Давай не будем о грустном. Ты хороший…

– А ты – просто замечательная. Давай на брудершафт.

– Мы вчера на брудершафт пили, – рассмеялась она, – Не помнишь?

– Ничегошеньки, поэтому не считается. Да и что за брудершафты по пьяному делу? Так, блажь, – сказал он, наполняя бокалы и вставая со своего места,

– Итак?

Они выпили, переплетя руки; и отведя бокалы от лиц, не расплетая рук, их губы слились в далеко не братском, долгом поцелуе. Борис почувствовал, что всё её тело подалось ему навстречу. Не отрываясь от её губ, он поставил свой бокал на стол, взял бокал у неё из рук и поступил с ним аналогичным образом. Его руки сами, помимо его воли, сначала легли ей на плечи, а потом подхватили её и понесли. Куда? Он сам не знал этого, он даже не знал, имеет ли он на это право и не получит ли он сейчас по морде за то, что распускает руки. Хотя по морде это вряд ли. Юля явно ничего не имела против таких вольностей. Поэтому он выбрал единственно верное в таких случаях направление – в спальню…

…Потом они долго просто лежали в постели, глядя в потолок и не говоря друг другу ни слова. Борис курил, сосредоточенно пуская кольца табачного дыма и думал, что же последует далее. Должно же быть у всего этого какое то логическое продолжение? Со своими бывшими подружками он особенно не стеснялся, продолжение всегда было одно: три копейки на трамвай и ни в чем себе не отказывай. Но с Юлей он так расставаться не то, чтобы не мог, а именно не хотел.