ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Яковлев Илья Черный снег Яковлев И.И. ЧЕРНЫЙ СНЕГ "Се, еси человек, сотворивый сие!…" Э. А. По "…моя тетя безумно умная!.." из высказываний бывшей супруги (тоже, в своём роде, великого человека) Часть первая. 1. Его отражение смотрело на него из зеркала с каким-то тихим ужасом. "Абсолютно не помню, что было вчера! С кем пил и по поводу чего – полная потеря памяти!"- подумал он и с отвращением посмотрел на ополовиненную бутылку водки, стоящую на подзеркальном столике. Надо было как-то побыстрее приходить в себя – предстояло еще и идти на службу. Хотя, что греха таить, в последнее время на службу в Управу Борис приходил исключительно в таком состоянии – с глубочайшего похмелья. Прополоскав какой-то новомодной мерзостью рот и с отвращением влив в себя с полстакана вчерашнего пойла, которое водкой назвать мог только отупевший оптимист, он потащился из ванной в спальню одеваться. Кое-как выгладив форменную сорочку (все равно под кителем не видно, а снимать китель сегодня не придется, весь день в разъездах), подгладив брюки и напялив фуражку, Борис допил остатки водки и вышел из квартиры. Выйдя из подъезда, он страдальчески прищурил глаза – солнце светило просто невыносимо ярко. Правда, постепенно глаза привыкли и вдобавок пойло, до сих пор стоявшее комком где-то в районе глотки или же пищевода, наконец-то соизволило провалиться в желудок и Борис почувствовал себя несколько лучше. На транспорте ехать не хотелось, благо до Управы было рукой подать, и он решил пройтись пешком. "За одно и проветрюсь хоть чуть-чуть", – устало подумал он. Здание Областного Управления Безопасности и Внутренних Дел было внушительным и было видно аж за пару кварталов. Когда-то Борис гордился местом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Да и откуда? Вы же, вроде, очень давно с ней работаете вместе, а я ведь когда ещё пришёл?

– Мне её жена в категорической форме навязала. Она у меня ревнивая, просто ужас! – рассмеялся Гриб, – "Или", говорит, "бери Эльку в секретарши, или я подаю на развод!"

Борис рассмеялся вместе с ним. Разгадка тайны появления Элеоноры в секретарях оказалась ещё более экзотической, чем все остальные. Уж кого-кого, а Гриба заядлым сердцеедом мог назвать только какой-нибудь любитель марихуаны после третьего косяка. Супруги он своей боялся – просто смерть, об сём тоже немало сплетен ходило по отделу. И подозревать его в супружеских изменах было ни чем иным, как проявлением вялотекущей шизофрении.

Обстановка несколько разрядилась, чему оба собеседника втайне были несказанно рады. Грибоедов разлил водку по стаканам, поднял свой и сказал:

– За тебя, Борис! Чтоб тебе на этом месте сиделось по-людски. Хотя, – с сомнением заметил он, – Судя по нынешней обстановке в стране, то не знаю, не знаю… Смутное время, мать его так!

– За вас, Валерий Вениаминыч! – в свою очередь поднял стакан Борис, Чтобы у вас всё тоже по-человечески было.

Выпили. Закусили. Грибоедов почесал в затылке и заметил:

– А что у меня-то не так быть может, у пенсионера? Уеду вот на дачу, огород копать и вообще… Это у вас сейчас забот – полон рот! Я, кстати, глубоко в душе даже доволен, что на пенсию ухожу. То, что тебе поручили… Смело могу сказать: сам бы я ни за что не взялся! Страшно.

– Что именно страшно? – поинтересовался Борис, – То, что мы создаём? Так ведь тут как. Я бы отказался, другого бы нашли. И неизвестно ещё, кого. За себя-то я ещё как-то отвечаю, а то попадётся им этакий папуас, он такого наворотит, что по сравнению с тем, что может у него получиться и настоящие тогдашние СС покажутся чем-то вроде октябрятской "звёздочки". При нашем-то менталитете.

– Верно. Но я не про это говорю. Страшно не то, что история опять повторяется и повторяется во всём своём безобразии. Вот тоже идиотизм говорить, что история, дескать, в первый раз трагедия, а во второй раз – фарс! Какой кретин, интересно, это сказал? Трагедия от повторения фарсом не становится, трагедия – она и в Африке трагедия. Хоть раз, хоть два, хоть двадцать два. А то страшно, что они сейчас вашими руками всё это для своих нужд создадут, а потом вас же первых к стенке и поставят. Причину найдут, не беспокойся. Историю нашей необъятной Родины хорошо помнишь? Так вот и вспомни в таком разе, что стало в тридцатых с теми, кто чистил, а? А с теми, кто первых чистильщиков вычистил? Вот то-то! – сказал Грибоедов, разливая по второй, – Ну, за здоровьице!

Выпили по второй, потом, без большого перерыва по третьей. Борис заметил, что Грибоедов перестал закусывать. После четвёртой Гриб уставился в окно и закурил.