ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Американка Алекс Тим — глава крупной компании и обладательница многомиллионного состояния отправляется в Москву, чтобы захоронить прах матери. Она знает от матери, что в России у нее есть сестра Са... Обман Виктория Доненко 1 Слепящее солнце било в окна роскошного нью-йоркского особняка. День стоял чудесный. Один из последних дней ее жизни… Как тяжко сознавать это… Но осознать необходимо. Миссис Джули Тим медленно обвела взглядом холл своего дома. Да, он очень хорош. Богато, со вкусом обставлен. У ее единственной дочери есть все… Джули Тим сделала все для своей девочки. Все, что могла, и даже больше. Она совершила почти невозможное. И обеспечила будущее Алекс. Однако уйти спокойно ей не давали тяжкие неотвязные мысли… От них ей нигде не скрыться. Точно так же, как никуда не деться из своей инвалидной коляски. Джули уже не суждено встать. Ее последние дни на этой благословенной американской земле. Да, Джули полюбила Америку, сроднилась с ней, эта страна стала для нее родной. Почти родной. Потому что там, за океаном, лежала ее, по-настоящему родная страна, где Джули родилась и выросла. Суровая холодная страна. Теперь миссис Тим мало что помнила о ней. Она старалась не интересоваться, что там происходит, лишний раз не теребить душу. Руки автоматически перебирали вещи в деревянной шкатулке, сохранившей для Джули самые ценные бумаги, письма, фотографии. Перед уходом с Земли каждый хочет вспомнить все прожитое, словно перелистать дни своей жизни, еще раз прожить ее в памяти — неторопливо и внимательно. Осудить себя за одни поступки и похвалить за другие… Сколько хороших и сколько отвратительных поступков было в жизни Джули? Печальная статистика. Считать не хотелось. Но руки двигались машинально, перебирая старые фотографии. Вот она, та самая, памятная — старая, пожелтевшая от времени, черно-белая… Джули долго и пристально рассматривала ее. На потрескавшемся снимке — две сме

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Да иначе и быть не может! Особенно когда трудятся обманутая миллионерша и непризнанный гений!

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. В кухню вбежал Гошка и стал смеяться вместе с ними.

— Ну а вы почему смеетесь, сэр? — спросила его Алекс.

— Я никакой не сэр! — бойко заявил мальчик. — А смеюсь потому, что я просто люблю тебя, мамочка, и потому, что вы с папой помирились! И теперь я буду спать в своей комнате, да? А вы вдвоем в своей, правда? Я угадал?

Женя смущенно взглянул на Алекс, но она на замечание мальчика никак не отреагировала. Будто не услышала. И продолжала пристально изучать экран монитора.

Вечером Алекс рассказывала сказку Гоше, лежавшему в кровати.

— И тогда Winny-the-Pooh вместе с Пятачком решили, что пришла пора попрощаться с Кроликом. Они сказали Кролику «До свиданья» и пошли к выходу. Пятачок пролез совершенно свободно, потому что он был очень маленькое существо. А вот Winny-the-Pooh…

— А почему ты стала называть его Виннизэпух? — сонно спросил Гоша. — Раньше ты говорила просто Винни Пух.

— Да, да, извини, — торопливо сказала Алекс. — Так вот… Он съел слишком много меда и не смог выйти. Точнее, смогла выйти только его передняя часть — голова и плечи. А задняя часть, включая ноги, осталась в гостях у Кролика. Потому что он застрял. Кролик и Пятачок стали толкать его наружу, но он лишь застревал еще крепче. «Ой-ой-ой! — закричал Winny-the-Pooh. Вернее, Винни Пух. Прости меня, маленький Алекс взглянула на Гошу. Тот уже умиротворенно сопел. Алекс умолкла, поправила ему одеяло, несколько секунд смотрела на него, а потом вышла из комнаты. На кухне Женя сидел за монитором.

— Уснул?

Алекс кивнула и села на стул.

— Странно… Почему-то я в России устаю намного сильнее, чем в Америке. Хотя там я обычно работала больше. Воздух здесь, видно, какой-то другой…

— Да, с экологией у нас не очень, — согласился с ней Женя.

— Дело не в экологии, — возразила Алекс. — Настроение другое…

Она замолчала. Молчал и Женя, глядя на Алекс. И в его взгляде она внезапно прочитала нечто такое, что немного — смутило красивую, уверенную в себе миллионершу. Или ей показалось?

— Ну? Душ и спать? — спросила она, сделав вид, что ничего не заметила. — Завтра много работы.

— Да, спать. Но только без душа, — отозвался Женя.

— То есть? — не поняла Алекс.

— Воду отключили горячую. Так что душ недели через три.

— А почему отключили?

— Профилактические работы.

— Но почему так долго?

Женя пожал плечами.

— Загадочная русская душа. От слова «душ».

— Что же теперь делать? В сауну идти? — продолжала недоумевать Алекс.

Женя хмыкнул.

— В сауну? Сауну у нас, как правило, посещают с другой целью, не с помывочнои, вернее не обязательно с ней.

— Как это? Почему не обязательно?. Женя с трудом подбирал нужные слова.