ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Американка Алекс Тим — глава крупной компании и обладательница многомиллионного состояния отправляется в Москву, чтобы захоронить прах матери. Она знает от матери, что в России у нее есть сестра Са... Обман Виктория Доненко 1 Слепящее солнце било в окна роскошного нью-йоркского особняка. День стоял чудесный. Один из последних дней ее жизни… Как тяжко сознавать это… Но осознать необходимо. Миссис Джули Тим медленно обвела взглядом холл своего дома. Да, он очень хорош. Богато, со вкусом обставлен. У ее единственной дочери есть все… Джули Тим сделала все для своей девочки. Все, что могла, и даже больше. Она совершила почти невозможное. И обеспечила будущее Алекс. Однако уйти спокойно ей не давали тяжкие неотвязные мысли… От них ей нигде не скрыться. Точно так же, как никуда не деться из своей инвалидной коляски. Джули уже не суждено встать. Ее последние дни на этой благословенной американской земле. Да, Джули полюбила Америку, сроднилась с ней, эта страна стала для нее родной. Почти родной. Потому что там, за океаном, лежала ее, по-настоящему родная страна, где Джули родилась и выросла. Суровая холодная страна. Теперь миссис Тим мало что помнила о ней. Она старалась не интересоваться, что там происходит, лишний раз не теребить душу. Руки автоматически перебирали вещи в деревянной шкатулке, сохранившей для Джули самые ценные бумаги, письма, фотографии. Перед уходом с Земли каждый хочет вспомнить все прожитое, словно перелистать дни своей жизни, еще раз прожить ее в памяти — неторопливо и внимательно. Осудить себя за одни поступки и похвалить за другие… Сколько хороших и сколько отвратительных поступков было в жизни Джули? Печальная статистика. Считать не хотелось. Но руки двигались машинально, перебирая старые фотографии. Вот она, та самая, памятная — старая, пожелтевшая от времени, черно-белая… Джули долго и пристально рассматривала ее. На потрескавшемся снимке — две сме

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

То что я предлагаю, очень серьезно. Иначе ты все равно пропадешь, рано или поздно. Скорее рано. Ты, только начиная со вчерашнего вечера, промахнулась дюжину раз. И еще обмишуришься раз тысячу! Но уже по большому счету. И на этом все!.. Тюрьма!.. В лучшем случае — депортация!.. В двадцать четыре часа!.. В наручниках!..

Саша перестала жевать. Она испугалась. Джефри без труда заметил это и продолжал с удвоенным энтузиазмом:

— А я предлагаю тебе выгодное партнерство. От тебя ничего не потребуется, кроме демонстрации внешности. Иногда. Я тебя всегда прикрою, при необходимости подскажу. Зато мы оба будем жить спокойно. Ты — прежде всего. И регулярно получать дивиденды. Со своих же акций. Это такие деньги, которых ты и представить не могла в своей Москве. Ты просто передашь мне акции в доверительное управление. Пятьдесят один процент. Я не Алекс. За эти годы хорошо узнал, как с ними обращаться. А ты станешь владелицей, главным акционером. Я — президентом.

Саша отложила вилку и задумчиво взяла сигарету. Джеф поднес зажигалку и посмотрел ей в глаза.

«Главный акционер» колебалась. Она понимала, что многое в словах Вильямса — правда, от которой никуда не скрыться, однако ее что-то настораживало. Что-то неопределенное, смутное, нехорошее… Но что это такое — догадаться Саша была не в силах.

— И вот что еще, — продолжал Джефри. — Я хочу, чтобы ты знала. Могу себе представить, что ты думаешь обо мне, но я должен тебе это сказать. Потому что не хочу выглядеть в твоих глазах расчетливым негодяем. — Он на миг замолчал и опустил голову. — Я всегда хотел заполучить Алекс. Не ее деньги, а ее саму. А она… Она не давала мне быть сильнее ее, что ли. Это было так унизительно. — Он налил себе красного вина в бокал, выпил одним глотком и вновь посмотрел Саше в глаза.

Она прикусила губу. Значит, Алекс и Джеф не были вместе… Только деловые партнеры… А Саша-то думала…

— Я хочу, чтобы мы были вместе! — с жаром говорил вице-президент. — Ты и я. И дело не в деньгах. И не в том, что мы оба виноваты. Может, мы вообще ни при чем. Может, это судьба. — Он опять сделал паузу. — Бумаги я приготовлю быстро, на это потребуется несколько дней. И все! Она нас не достанет! Ни при каких условиях! Главное, не слушай своего адвоката, старого Шпигеля, Соломона этого неуемного. Просто пошли его, и все! Ты — хозяйка, ты так решила! — Вильяме встал из-за стола. — И не звони в Москву. Никому! Это след. Кстати, о деньгах. Вот, на первое время. — Он вытащил из кармана и положил на стол пачку стодолларовых купюр. — Привыкай к новой жизни и не думай о делах. Я обо всем позабочусь. — Внезапно он снова сел и добавил, но уже не так бодро: — То что я хочу сделать, нужно не мне. Это нужно нам!.. Тебе и мне.

Он поцеловал ее в губы и пошел к «ягуару». Саша проводила его взглядом.