ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Французская писательница Ж.Бенцони создала серию из 6 историко-приключенческих романов. Эпоха наполеоновских завоеваний послужила историческим фоном для невероятных приключений красавицы Марианны д... Язон четырех морей Жюльетта Бенцони Царский курьер Глава I Застава Фонтенбло Карета вихрем пронеслась под аркой Экских ворот и углубилась в лабиринт узких и темных улиц старого Авиньона. Заходящее солнце золотило крепостные стены, четко вычеканивая на светлом небе их зубцы и квадратные башни, и вспыхивало молниями на спокойной глади реки, неторопливо несущей свои желтоватые воды под полуразрушенными сводами древнего моста Святого Бенезета. На самой высокой башне величественного папского дворца статуя Святой Девы сверкала, как утренняя звезда. Чтобы лучше видеть, Марианна опустила запыленное стекло и с наслаждением вдыхала тепловатый воздух Прованса, напоенный ароматом тмина, розмарина и оливок. Шел пятнадцатый день, как она покинула Лукку. Сначала ехали по побережью, затем по долине Роны, небольшими переходами и из-за того, что состояние Марианны на четвертом месяце беременности требовало некоторой осторожности, и чтобы не переутомлять лошадей. Теперь в карету были впряжены не обычные почтовые лошади, а четыре превосходных скакуна из конюшен Сант’Анна. В день проезжали не больше десяти лье и каждый вечер останавливались на ночлег в какой-нибудь гостинице или постоялом дворе. Это путешествие дало Марианне возможность убедиться, насколько изменилось ее положение. Красота лошадей, гербы на дверцах берлины и короны над ними обеспечивали ей повсюду прием не только предупредительный, но и очень почтительный. Она открыла, что быть знатной дамой довольно приятно. Что же касается Гракха и Агаты, то их буквально распирало от гордости находиться на службе у княгини, и при любом случае они старались это показать. Стоило увидеть Гракха, когда каждое утро он входил в зал гостиницы, гд

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

При свете фонаря он с трудом читал по слогам имя, написанное на официальной бумаге.

– Мари-анна, Елиза-вета д’Ассель-на де Вилленев, княгиня Сарта… нет, Сан-та Анна…

– Сант’Анна! – нетерпеливо поправила Марианна. – Могу я продолжать путь? Я сильно устала… и к тому же начинается дождь.

Действительно, большие капли, тяжелые, как монеты, начали падать, оставляя глубокие следы в покрывавшей карету пыли. Но жандарма в треуголке это, по-видимому, ничуть не обеспокоило. Он с подозрением взглянул на Марианну.

– Вы можете сесть в карету, но не двигайтесь с места! Надо кое-что проверить.

– Хотела бы я знать, что? – возмутилась Марианна, придя в ярость, увидев, что он уходит к дому с ее паспортом. – Неужели этот тупица решил, что мои документы фальшивые?

Ей ответил старый зеленщик, остановивший свою полную капусты повозку рядом с берлиной.

– Не надо волноваться, м’дам! Так делают со всеми, и эти паразиты не дают покоя ни днем ни ночью. Придираются страшно! Вот увидите, они перепотрошат всю мою капусту, шпиона будут искать какого-нибудь!

– Но что же, в конце концов, произошло? Было покушение? Сбежал преступник? Ищут бандитов?

Марианна готова была даже допустить, что Наполеон приказал подвергнуть ее обыску в виде наказания за ее замужество без высочайшего разрешения.

– Наплюйте на все, м’дам! Вся закавыка в том, что этот проклятый Савари вообразил, будто он один – верный подданный Императора! И вот тебя обшаривают, и вот тебя допрашивают. И кто его такого высидел? И откуда он такой вылупился? Все хочет он знать…

Зеленщик, безусловно, еще долго продолжал бы свои излияния, если бы не появился усатый жандарм, но на этот раз сопровождая юного лейтенанта, безусого, но подтянутого, который подошел к карете, небрежно поздоровался и, окинув Марианну наглым оценивающим взглядом, спросил:

– Судя по всему, – вы госпожа Сант’Анна? – Возмущенная тоном этого молокососа, Марианна ощутила, как в ней закипает гнев.

– Я действительно княгиня Сант’Анна, – по слогам выговорила она, – и мне следует говорить ваша светлость… или Ваше Сиятельство, лейтенант! Похоже, что в жандармерии вас не утруждают изучением правил хорошего тона?

– Для исполнения своего долга мы достаточно обучены, – заметил юноша, ничуть не смущенный высокомерным тоном молодой женщины. – И мой долг – немедленно препроводить вас к министру полиции, ваша светлость, если… вы соизволите приказать вашей горничной уступить мне место!

Прежде чем задохнувшаяся от гнева Марианна успела ответить, лейтенант открыл дверцу и забрался в карету, где Агата непроизвольно встала, чтобы освободить место рядом с хозяйкой. Но молодая женщина решительно удержала ее за руку.