Эсмей села, а Улис продолжал спрашивать других слушателей. За несколько минут он точно определил, кто читал вводный курс, а кто нет, а также тех, кто склонен к поспешности и глупым поступкам. К последней категории он отнес и Брюн. Когда он ее вызвал, то сразу понял, что она ничего не читала, и сказал, что ей это следовало бы сделать в первую очередь.
— Почему именно мне? — спросила Брюн. А Улис посмотрел на нее долгим испытующим взглядом.
— Даже гражданское лицо, мисс Мигер, обязано подчиняться требованиям нашего учебного процесса. Пожалуйста, перед тем как говорить, просите на это разрешение и представляйте себя. Только потом можете высказывать свои глупости. А еще лучше помолчите и послушайте. Возможно, вам самой удастся найти ответы на интересующие вас вопросы.
Эсмей заметила, что Брюн покраснела и напряглась. Но больше она ничего не говорила, и Улис занялся кем-то другим. Эсмей ни на секунду не могла расслабиться, независимо от того, на кого он в данный момент обращал свое внимание. Она уже жалела, что выбрала этот курс. Правда, здесь они будут встречаться с Барином.
Следующее занятие у нее должно было проходить в соседнем классе. Выйдя в коридор, она сразу увидела Барина.
— Лейтенант, как хорошо снова встретиться с вами.
Глаза Барина говорили гораздо больше. Эсмей чувствовала тепло его взгляда.
— Доброе утро, энсин, — ответила она, поддерживая заданный им формальный тон и чувствуя спиной заинтересованный взгляд Верикура. — Рады, что закончили службу на старичке «Косе»?
Барин улыбнулся:
— Сказали, что после этих занятий меня направят на большой корабль, если, конечно, я все сдам.
По его тону было понятно, что он никогда экзамены не проваливал.
— Самый тяжелый экзамен ты прошел на «Косе», — серьезно сказала Эсмей. — И Улис все знает.
— Я бы предпочел, чтобы все происходило в нормальной последовательности: сначала учеба, потом практика, — ответил Барин. — Хотя у тебя тоже все наоборот… только практику ты прошла лучше меня.
Неожиданно рядом оказалась Брюн.
— Привет всем. Представьте же меня, лейтенант Суиза, этому симпатичному молодому энсину. Если только вы не приберегаете его для себя.
Барин покраснел, а Эсмей почувствовала, что и сама начинает краснеть. С большим усилием она улыбнулась и сказала:
— Это энсин Серрано… энсин, а это Брюн Мигер. — Титулы не обязательны, все и так все знают.
— Вы, должно быть, внук адмирала Серрано, — тут же начала разговор Брюн, легко оттеснив Эсмей. — Я много о вас слышала. У вас найдется несколько свободных минут?
Эсмей надо было торопиться, у нее начиналось следующее занятие. Она проигнорировала несчастный взгляд Барина, пусть сам разбирается. Неужели так сложно отделаться от взбалмошной блондинки?
Эсмей трудно было сконцентрироваться на вопросах тактики.






