ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эсмей Суиза и Брюн Мигер должны и могли бы стать подругами: обе умны, обаятельны, любят риск. Но настоящая дружба трудна, как и настоящая любовь. Брюн считает Эсмей занудой, а Эсмей видит в Брюн ли... Правила игры Элизабет Зухер Мун Глава 1 Тренировочный центр Регулярной Космической службы, военная база Коппер-Маунтин. На полпути к вершине скалы Брюн почувствовала, что ее хотят убить. Как-то вдруг и всем телом она ощутила смертельную опасность. Она перенесла вес с левой ноги на правую, уперлась левой ногой о крошечный выступ и задумалась. Ладони взмокли от пота. Брюн по очереди опустила их в мешочек с мелом и снова ухватилась за уступ. После стольких дней усиленных тренировок делала она все автоматически… Значит, кто-то хочет ее убить. Она продолжала лезть вверх по скале, пытаясь убедить себя в обратном. Конечно, если взглянуть со стороны, все, кто вместе с ней проходит здесь подготовительные тренировки, тоже подвергаются опасности. И эта опасность вполне оправдана: лучше потерять людей во время тренировок, чем из-за их неподготовленности поставить под угрозу жизнь всех остальных во время настоящего сражения. Совсем не обязательно терять при этом голову. Она понемногу успокоилась. Дыхание выровнялось. Теперь правую ногу сюда, руки ищут новый выступ, потом левая нога… ей понравилось лазать по скалам почти с первого дня тренировок. И вдруг — страшный грохот и резкая боль в руке. Она падает, так и не успев до конца понять, в чем же дело. Выстрел. Кто-то стрелял в нее… и ранил? Нет, если бы ранил, боль была бы сильнее. Видимо, пуля попала в скалу, и осколки камня сильно ударили ее по руке. Страховочная веревка натянулась до предела. Брюн раскачивалась в воздухе с такой силой, что дух захватывало. Инстинктивно она пыталась ухватиться за скалу. Наконец это удалось, и она перенесла весь свой вес с веревки на уступ скалы. В голове все еще гудело. Брюн сделала резкое движение,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кстати, мой отец возражал, а она сказала, что мне пойдет на пользу возможность развить способности в контролируемой обстановке.

— Звучит, как цитата, — заметил Барин.

— Ты ведь знаешь адмирала, ты и сам Серрано. Значит, ты знаешь и Херис, так?

— Адмирал Серрано моя бабушка, капитан Серрано одна из моих кузин, — лаконично ответил Барин.

— Тогда мы будем друзьями, — заявила Брюн и взяла его за руку, а он от этого почувствовал себя совершенно не в своей тарелке. — Теперь пошли повеселимся.

Барин с тоской подумал об Эсмей, она сейчас потеет над учебниками.

— У тебя такие волосы, — сказала она во время одного из очередных визитов. — Ты никогда не думала укоренить новые?

Волосы всегда доставляли Эсмей немало хлопот с самого детства. Вот и сейчас она инстинктивно пригладила их и ответила:

— Нет.

— По-моему, это поможет, — сказала Брюн, склонив голову набок. — У тебя красивая голова…

— А еще у меня много работы, — ответила Эсмей. — Извини.

Неизвестно, что было хуже, ее грубый тон или то, как спокойно Брюн его восприняла. Она вышла из комнаты без тени обиды.

Однажды вечером Брюн зашла к ней вместе с Барином. Барин, правда, извинился и тут же ушел, но напоследок бросил такой тоскливый взгляд на Эсмей, что та просто растерялась.

— Он симпатичный, — заметила Брюн, усаживаясь на кровати Эсмей, словно у себя дома.

— Более чем, — ответила Эсмей, стараясь не обращать внимания на собственнический тон Брюн. Интересно, что они делали вдвоем?

— Симпатичный, вежливый, умный, — продолжала Брюн. — Жаль только, что всего-навсего энсин. Если бы он был одного с тобой звания, то идеально подходил бы тебе. Ты бы влюбилась…

— Не хочу я ни в кого влюбляться в этом смысле… — ответила Эсмей. Она чувствовала, как горят уши. — Мы с ним коллеги.

Брюн подняла одну бровь.

— Альтиплано одна из тех планет, где не принято говорить о сексе?

Уши Эсмей готовы были расплавиться, лицо тоже горело. Сквозь плотно сжатые губы она процедила:

— Кое-кто говорит. Но вежливые люди обычно избегают этой темы.

— Извини, — ответила Брюн, хотя по тону не было слышно, что она чувствует за собой вину. — Но тогда ведь очень трудно в разговоре показать, кто тебе нравится.

— Не знаю, не пробовала, — сказала Эсмей. — Я уехала с родной планеты еще юной девушкой. — Больше она ничего не могла сказать.

— М-м-м… Значит, когда ты встречаешь симпатичных молодых мужчин или женщин, ты можешь полагаться только на свой инстинкт. — Брюн вытянула руку и принялась пристально разглядывать свои ногти. — А мужчины, говорят, вообще не умеют выказывать свои чувства.

— Ты… это же грубо.

— Правда? — Голос Брюн ничего не выражал. — Извини, если тебе так показалось. Я вовсе не хотела тебя оскорбить. Понимаешь, мы живем по другим правилам.

— Интересно, по каким? — бросила Эсмей.