Остальные, по кодексу поединка, не причем, да и я бы не допустил их вызова тем же Главом, за косой взгляд или чих в его сторону, а утром бы отправил из города. Последствий и разбирательства бы не было. Всем это было выгодно. Одним ублюдком становится меньше, там глядишь и другие присмиреют. Знать Нарины повозмущалась бы и замолчала, брать кровь за кровь старинный обычай. Город остался бы спокойным. Гильдия Охотников и король Орхет Пятый не портят между собой отношения. Но ты мне помешал сначала тем, что своими насмешками вынудил остальных тебя вызвать, тем самым, получив право замены, и тем, что не позволил себя убить. Когда ты прикончил Винта ситуация опять стала такой же как перед твоим согласием стать учеником. После поединка и разбирательства я пошел в гильдию и на случай неприятностей освежил память. Чувствовал, что на этом дело не закончится. Я не ошибся, утром мне прислали зов о королевском инспекторе и представителе посольства Нарины.
— Ну и скотина же ты Берг, — возмущенно сказал Дорн.
— Я выполнял свой долг.
Матвей промолчал, видно он давно все понял. Он ведь был со мной в магистрате.
Ну что ж, можно себя поздравить, кашу я все равно заварил, хорошую, густую. Испортил такой изящный выход из ситуации. А Берг, не смотря на мое первоначальное мнение, не такая уж скотина. Работа у него такая. Наверно в первый раз выражение «ничего личного» оправдывается полностью. Но расхлебывать надо
— Последствия моего отъезда из Белгора для моих родичей.
Берг внимательно посмотрел на меня.
— Не знаю, никто не знает, но последствия будут. Последствия будут для всех участвовавших в поединке.
— Твой совет.
— Уезжай из города парень, с точки зрения закона твой статус охотника сомнителен, с точки зрения охотника нет. Я уверен, что ни будь здесь смертников, ты прошел бы погань. Уезжай в пограничье. Скажу напоследок, учитывая, чем кончился поединок, этих благородных нужно было убить давно. А охотников трудно напугать королевскими инспекторами.
Господи и это говорит мэр очень важного, в местной политике и экономике, города. Человек, который ради интересов короны и государства перетупит через любой труп, но не через свое понимание чести. А ведь ему достанется в первую очередь, не отговорится незнанием закона. Хрен я уеду отсюда.
— Я предпочитаю остаться, мне очень хочется посмотреть на архитектурные шедевры прошлого, а где еще лучше это сделать, как не здесь.
Тишина в корчме, кривая усмешка Берга, оценивающий взгляд Дорна, задумчивый Матвея, замершие охотники и однорукий.
— Влад.
Дуняшка, только что разносившая по залу пиво, подходит ко мне наклоняется и целует в щеку.
— Помни, что я вчера тебе сказала, — пробормотала она и снова заскользила по залу.
Снова раздался стук тарелок и кружек, приглушенные голоса.






