ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Туран Джай — сын фермера с юга Пустоши, вступивший в схватку с бандитским кланом. Он попадает в рабство, бежит из страшной Донной пустыни и мстит убийцам своей семьи. Ему предстоит пройти через раз... Пустошь Илья Новак ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ФЕРМЕР Глава 1 Выйдя из гаража позади дома, Борис Джай-Кан сказал: — Карбюратор я починил. Поедешь к Железной горе, отвезешь продукты Знахарке и Старику. — Прямо сейчас? — удивился Туран. Было ранее утро, солнце только выглянуло из-за горизонта, но ферма уже проснулась. Со стороны ворот доносились голоса батраков, в загоне хрюкали свиньи, в ангаре приглушенно гудела динамо-машина. Ветошью Борис тщательно вытер испачканные машинным маслом руки. Он был чем-то озабочен — губы поджаты, глаза прищурены. — Прямо сейчас. И Мику с собой возьмешь. — Еще и Мику! Его-то зачем? Девятилетний брат был существом бодрым и энергичным. Провести с ним целый день в тесной кабине трехколесной мотоциклетки — не слишком приятная перспектива. — Как мы там поместимся? Мика уже здоровый… Борис с удивлением взглянул на старшего сына, бросил грязную тряпку в ящик для мусора и пояснил: — Я же сказал: «Панч» в порядке, я починил. Поедешь в нем. Назар говорил, ты не хуже меня научился управлять. — «Панч»?! — обомлел Туран. — Научился, да! Назар не соврал! Но ты… разве тебе машина не нужна? «Панчем» называли бронированный крытый грузовик, самый мощный из тех, которыми владел Борис Джай-Кан. Он был хозяином крупной фермы и до сих пор не разрешал Турану самому ездить на «Панче», только вдвоем с ним или с механиком Назаром. — Но почему на «Панче»? — спросил Туран и тут же добавил, испугавшись, что отец передумает: — Нет, я не против, конечно. Но… Разговаривая с Борисом, он заметил, что тот немного медлит, прежде чем отвечать, будто отцу требовалось больше времени, чем обычно, чтобы подобрать нужные слова. Заметил — но не придал этому значения. Взявшись за створку ворот, фер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чеченя хотел было под шумок улизнуть, но не тут-то было — главарь ухватил его за раненое плечо и притянул к себе.

— Вот смотри, Чеченя, — он принялся загибать пальцы. — Микстуры, настойки эти все знахаркины вы из хижины не забрали?

— Так загорелось оно быстро…

— …не забрали. Летунов не завалили?…

— Да ведь про летунов и речи не было, мы на них случайно…

— …не завалили. Ишь, случайно — да это ж какой случ

а

й! Чтоб ихняя леталка рядом опустилась! Ее б захватить, и в Харьков не по земле, а по небу летать, а? Какой случ

а

й! А вы отпустили летунов! Далее, с шакаленком фермерским не сладили? Не. Это ж ваще уже в башку не ложится, Чеченя! Он на грузовике, а мне этот грузовик давно нравится… А теперь где его искать? Увидал, что с фермой стало — и умелся куда подальше, ищи его теперь по всей Пустоши. Так что мне с тобой делать, Чеченя? Как наказать?

На первом этаже было жарко, вокруг костра в центре зала плясали пьяные бандиты. В отблесках пламени глаза Макоты стали красными.

— Хозяин, ты чего? Ты погоди… — залебезил порученец. — Да что тебе с той леталки? Мы б не смогли ею править, мы не умеем! И ваще это ж для летунов только. Ты ж знаешь, они за своих мстят! Они б из Крепости своей прислали другие леталки, нас бы всех вчистую… Если б тех двоих завалили, леталку все одно сжечь пришлось бы, нельзя ее…

— Сжечь, говоришь? А давай я тебя убью, — предложил атаман и потянул из кобуры пистолет, на деревянной рукояти которого темнела выжженная буква «М». — Зачем мне такой помощник? Леталка — ладно, но ты автомат ихний мог привезти. И шакаленка упустил! И грузовик! Это как называется, а? Еще и грузовик!

— Да ведь тихонько он подъехал, неслышно…

— Тихонько?!! — вконец разъярился атаман. — Такая дура броневая — и тихонько?! Все, щас я тебя застрелю к ползуновской матери…

Он вытащил пистолет. Чеченя вскинул руки, прикрыв голову, — все знали, что главарь клана любит стрелять промеж глаз. Макота прицелился и уже готов был отправить помощника к праотцам, но Чеченя вдруг, отняв от лица ладони, сказал:

— Э-э… а вот же опять этот звук…

— Чиво? — спросил Макота, не опуская пистолета.

— Да вот же! — вскричал Чеченя. — Звук! Это он… он сюда едет, грузовик твой —

тихонько

!!!

С грохотом парадная стена осыпалась. Атаман развернулся и выстрелил в кабину «Панча», протаранившего Дворец.

* * *

«Панч» до половины въехал в здание. Туран вжался в сидение и ногами уперся в панель под рулевым колесом. Удар бросил его грудью на руль, в глазах потемнело. Втянув ноздрями воздух, он мотнул головой и осмотрелся. Пуля Макоты попала почти в то же место, куда выстрелил Старик, стекло побелело, из него вывалились узкие осколки.

Ошеломленные бандиты застыли с бутылками и кружками в руках, но Джая они мало интересовали.