У двери, поигрывая раскладной дубинкой, расхаживал охранник. Когда бандиты подошли ближе, он окинул их взглядом и сказал:
— Факел потушите.
Атаман кивнул Каланче, тот бросил на бетон горящий факел, затоптал. Морз распахнул дверь, и они вошли внутрь.
На второй этаж, где находились отдельные комнаты для любителей мамми, вела лестница. Внизу располагался питейный зал.
— А чего «Под Мостом»-то? — спросил Каланча. Бывший батрак с разоренной кланом Макоты фермы, он еще ни разу не бывал в этих местах. Не удостоив его ответом, атаман направился по проходу между столами.
— А че тебе не нравится? — спросил Морз.
— Не, ну чего «под», а не «над»?
— Да шутят так.
— В чем шутка-то?
— Ежели кто заснет тут пьяный или под мамми чудить начнет, так потом запросто может внизу проснуться. Без монет в кармане. Хорошо, если живой, а то ведь всякое бывает. Отсюда многие прям под Мост попадают, понял, да?
Притон наполнял гул голосов, пьяные выкрики и смех. Сквозь щели в плетеных стенах тянуло сквозняком, лампы на цепях под потолком раскачивались, тихо поскрипывая. За столами сидела разношерстная публика — и преуспевающие торговцы с охранной, и оборванцы всех мастей, норовящие умыкнуть кошелек у подпившего соседа. Макота прошел половину зала, когда из двери за стойкой бара выскочил сутулый мужчина. Кривозубо ощерившись, он воскликнул:
— Макота, давно не заглядывал! Наверх желаешь, в кабинку, или…
Атаман не был расположен к болтовне.
— Проводник нужен, — бросил он. — Есть у тебя?
Вонючка Погрыз оглядел зал.
— Трое сейчас здесь. А тебе…
— Мне лучший нужен. Который?
Хозяин притона ткнул пальцем в сторону стола, стоящего под лестницей.
— Там. Один сидит, не любит компании. Зовут Така, но он…
— Ладно. — Атаман отпихнул Вонючку и зашагал к лестнице.
Он навис над столом, за которым сидел худой смуглый мужчина, босой, в коротких штанах и жилете на голое тело. Волосы его напоминали баранью шапку — мелкие завитки черной шерсти. Короткие сильные пальцы обхватили бутылку, на безымянном красовался перстень, в ухе золотая серьга, на шее — ожерелье из клыков, когтей и радужных ракушек. Во рту не хватало пары зубов.
Морз с Крючком встали за Макотой, проводник посмотрел на них, но ничего не сказал. Атаман взял со стола бутылку, отхлебнул.
— Слышь, ты людоед, че ли?
Смуглый, откинувшись на спинку стула, неторопливо оглядел троицу.
— Давненько Така не едал человечьего мяса, — прошепелявил он и вдруг, быстро протянув руку, ущипнул Морза за живот.
— Э, ты че?! — бандит отскочил, схватившись за оружие.
— Шибко жилистый, — покачал головой Така. — Жесткий. А этот… — он повел рукой в сторону Каланчи. — Этот тощий, Така не любит кости обгладывать. Вот ты бы мне подошел, толстячок.






