Трещали дрова в костре, противно чавкал плосколицый громила, загадочно улыбался человек с собаками. Чернобородый задумчиво посмотрел на истекающего потом Лённарта.
— Только не говори, что ты не знал, кто сидит у огня во время Отига.
— Я… подозревал.
— Но надеялся, что все же ошибаешься. — Тот покачал головой. — Так ты догадался, кто я?
— Нет.
— А про Сив, как понимаю, догадался?
— Я понял, кто она такая.
— Тем лучше. Ты ей понравился, и девочка тебя так просто не забудет, Лённарт.
— Не помню, чтобы я представлялся. — Это прозвучало немного резче, чем он хотел.
Собеседник громко фыркнул:
— Даже я слышал о Лённарте из Гренграса. Лённарте Изгое. Лучшем охотнике за головами на всем Гьюнварде. Слава бежит впереди тебя, человек. И в большинстве своем — слава дурная.
— Не всему, что говорят, можно верить.
— Но прозвище Изгой ты получил вполне заслуженно. В Гренграсе тебя до сих пор поминают плохим словом. Что ты там учудил, человече?
— Разве это сейчас важно?
— В общем-то нет, — усмехнулся чернобородый.
— Что ты с ним возишься? — прогудел пожиратель лосятины. — Не видишь, как он туп?! Отдай его мне!
— Помолчи, Орвар.
— Не затыкай мне рот! — рыкнул тот, и темные глазки блеснули красным, — Это моя земля!
— Не позорься, брат. И меня не позорь, — с презрением сказала рыжеволосая женщина, и это сразу охладило пыл забияки. — Мы — твои гости. Этот путник — тоже. Так что будь добр, прояви себя радушным хозяином.
— Ну, положим, некоторых я к столу не приглашал, — проворчал Орвар Большое Брюхо, зло посмотрев на Лённарта, — Разве что только на стол.
Он рассмеялся собственной неказистой шутке, но никто его не поддержал, и повелитель кладбищ вновь занялся едой, выудив из воздуха на этот раз кусок оленины. Чернобородый обернулся к Изгою:
— У тебя потрясающий талант наживать себе неприятности. Вначале Сив, теперь этот бездонный мешок. Не советую тебе в следующий Отиг выходить из дома, человече. Меня и Дагни может не оказаться рядом, и никто не остановит ни девочку, ни Орвара.
Лённарт прищурился:
— Готов поспорить, тебя зовут Расмус.
— Ба! — Чернобородый сделал удивленные глаза, — С чего ты так решил?
Изгой пожал плечами:
— В народе говорят, Дагни Два Сапога и Расмус Углежог — неразлучная пара.
— Только зимой, малыш, — сказала рыжеволосая, продолжая поглаживать Сив по волосам, — Вот видишь, братец. Он не так безнадежен, как ты думал.
Орвар, не переставая жевать, пробурчал, что в гробу он таких видал. Сотнями. Лённарт в ответ отхлебнул глега.
— Ты упомянул про следующий Отиг. По мне, так до него еще слишком далеко. Вначале надо пережить этот.
— Все зависит от тебя, — Настала очередь Расмуса пожимать плечами. — Мы дадим тебе шанс выжить.
Лённарт не горел желанием заключать сделки с темными силами.
— Еще? — улыбнулась Дагни.






