ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Подросток Джейми Гэбриэл, как обычно, отправился разносить газеты… и исчез.Поиски длились несколько месяцев, но так ни к чему и не привели. Полиция уверена – мальчик давно мертв.Но тогда почему тел... Город солнца Дэвид Ливайн Глава 1 Джейми Гэбриэл просыпается в 5:44 по радиобудильнику. Он немедленно выключает его, тем более что звучит уже набившая оскомину песня, которую исполняет солист популярной мальчиковой группы, одевающийся и двигающийся неотличимо от своей подтанцовки. Кошмар! Хотя ребятам в школе он нравится. На самом деле нравится не всем, но никто в этом не признается. Джейми любит слушать «Грин дэй» и «Линкин парк». [1] На улице еще довольно темно. Он встает – для него ранний подъем не проблема. У себя в спальне спят мама и папа, Кэрол и Пол. На полу у них лежит большой новый ковер голубого цвета, заменивший красно-коричневое страшилище, купленное вместе с домом. Мама говорит, что голубой цвет лучше сочетается с дубовым спальным гарнитуром. Гэбриэлы купили на Ричардс-авеню разноуровневый дом в стиле ранчо в городской общине Уэйн. Вдоль дорог здесь растут деревья, а возле каждого дома – ухоженный дворик. Джейми бросает взгляд на свою школьную фотографию. Он ее ненавидит. В тот день его пшеничного цвета волосы торчали во все стороны. Заходит в ванную, умывается. Зубы лучше почистить после завтрака, перед уходом в школу. Мальчик проходит через кухню. Опять пирожки с повидлом! Только не это! Он выходит через кухонную дверь в гараж. Маме и папе нравится, что гараж соединен с домом, а в нем есть место для белого мини-вэна, голубого «бьюика», да еще и для верстака. Он пытается поднять дверь гаража, однако на полпути она застревает. На Джейми стремительно, молнией бросается темный мохнатый комок, который чуть не сбивает его с ног. – Ты чего это, Татер? Хвост седого лабрадора пару раз хлопает его по ногам. Пес любит, когда его гладят. Мальчик, потрепав собаку по х

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Всего им предстояло проехать около двух тысяч километров, и они рассчитывали преодолеть их за двадцать пять часов, а уложились в двадцать два. Они были южнее Остина, когда ночное небо стало светлеть. Наступило утро, и когда они подъезжали к Ларедо, степной пейзаж сменился пустыней. Купив пятнадцать литров питьевой воды, они разложили сиденья и легли спать. Через несколько часов двинулись на юго-запад, где почва оказалась сплошь песчаной, тут и там росли какие-то низкорослые чахлые кустарники и чапараль.

Наконец они встали в хвост вереницы машин, ожидавших своей очереди, чтобы пересечь мост над рекой.

Сьюдад-дель-Соль. Липкий страх и тонкий слой пыли покрывали Пола, когда они пересекали границу. Мексиканские пограничники не удостоили их даже взглядом. Он заметил, что Бер внимательно изучает контрольно-пропускной пункт, и последовал его примеру, оглянувшись на американских пограничников, которым, как и их мексиканским коллегам, все было по барабану. Машины, ревя двигателями, медленно ползли между витками ржавой колючей проволоки и проволочной сеткой, которой чисто символически был огорожен пограничный район. Пол не знал, какие детали важны, какие нет и на что следует обращать особое внимание, но тем не менее старался запомнить побольше.

– Мы туристы, едем отдыхать, – сказал Бер. – Если будут обыскивать машину – мы собираемся попрактиковаться в стрельбе по мишеням и дичи. – Пол сообразил, что в багажнике у Бера оружие.

В окно со стороны пассажирского сиденья постучали. Худощавый парень лет двадцати шел вдоль вереницы машин. В руках он держал пакет с грязными апельсинами.

– Не нужно. Нет, грасиас, – сказал Пол, приоткрыв окно.

– Но керемос – не хотим, – добавил Бер.

Парень швырнул апельсины на землю.

– А, так вы говорите по-испански? Это хорошо, да? Что вы хотеть? Я Виктор. Я быть здесь вашим гидом, – сказал он на довольно сносном английском.

Бер и Пол переглянулись, машины впереди тронулись, и они тоже поехали. Пол закрыл окно, чтобы не летела пыль.

Граница осталась позади, и теперь они ехали через местность, напоминающую бывшую зону боевых действий, с разбросанными повсюду битыми бутылками, дымящимся мусором и сожженными автомобилями. Мальчишки с трудом толкали старые велосипеды, тяжело нагруженные какими-то мешками. Предместья утопали в грязи. Группки брасерос

[26]

отдыхали в тени своих древних пикапов и обедали – правда, еды у них было маловато. Восточная часть города изобиловала длинными низкими промышленными зданиями с маленькими разбитыми окнами, которые не пропускали достаточно света и воздуха.

Наконец они достигли центра города, который был немного почище предместий, и припарковались.