ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Подросток Джейми Гэбриэл, как обычно, отправился разносить газеты… и исчез.Поиски длились несколько месяцев, но так ни к чему и не привели. Полиция уверена – мальчик давно мертв.Но тогда почему тел... Город солнца Дэвид Ливайн Глава 1 Джейми Гэбриэл просыпается в 5:44 по радиобудильнику. Он немедленно выключает его, тем более что звучит уже набившая оскомину песня, которую исполняет солист популярной мальчиковой группы, одевающийся и двигающийся неотличимо от своей подтанцовки. Кошмар! Хотя ребятам в школе он нравится. На самом деле нравится не всем, но никто в этом не признается. Джейми любит слушать «Грин дэй» и «Линкин парк». [1] На улице еще довольно темно. Он встает – для него ранний подъем не проблема. У себя в спальне спят мама и папа, Кэрол и Пол. На полу у них лежит большой новый ковер голубого цвета, заменивший красно-коричневое страшилище, купленное вместе с домом. Мама говорит, что голубой цвет лучше сочетается с дубовым спальным гарнитуром. Гэбриэлы купили на Ричардс-авеню разноуровневый дом в стиле ранчо в городской общине Уэйн. Вдоль дорог здесь растут деревья, а возле каждого дома – ухоженный дворик. Джейми бросает взгляд на свою школьную фотографию. Он ее ненавидит. В тот день его пшеничного цвета волосы торчали во все стороны. Заходит в ванную, умывается. Зубы лучше почистить после завтрака, перед уходом в школу. Мальчик проходит через кухню. Опять пирожки с повидлом! Только не это! Он выходит через кухонную дверь в гараж. Маме и папе нравится, что гараж соединен с домом, а в нем есть место для белого мини-вэна, голубого «бьюика», да еще и для верстака. Он пытается поднять дверь гаража, однако на полпути она застревает. На Джейми стремительно, молнией бросается темный мохнатый комок, который чуть не сбивает его с ног. – Ты чего это, Татер? Хвост седого лабрадора пару раз хлопает его по ногам. Пес любит, когда его гладят. Мальчик, потрепав собаку по х

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но когда высшая сила, которая управляет мирозданием, в какой бы форме она ни была, решила перевернуть всю его жизнь, она простерлась и дотронулась до него, она избрала его, и он это понял. И еще: даже если теперь его существование покороблено и изуродовано, это все равно жизнь и надо жить дальше. Теперь он точно знал, что в жизни возможно все. Даже то, что он может спуститься вниз и остаться в живых.

– В ФБР обратиться нужно, тут ты прав… – сказал Пол в темноту. – Но после. Если там, в пустыне, гниют кости моего сына, я не могу уйти отсюда, пока не узнаю это наверняка. Я должен пойти туда. Я просто обязан. Но я не могу просить тебя пойти со мной. Не могу.

– Значит, пойдем вместе, – отреагировал сыщик не задумываясь. – Оставайся здесь и наблюдай. А я спущусь, постараюсь узнать пароль. – И он поднялся с земли.

Около трех ночи прожектора комплекса погасли, и вся низина погрузилась в темноту, густую и непроницаемую. Спустя несколько мгновений перестал работать генератор, и к темноте присоединилась тишина – жутковатый молчаливый дуэт. Пол на открытой всем ветрам вершине холма не имел ни малейшего представления о том, где находится. Он бы ни за что не нашел это место на карте. Его единственное связующее звено с цивилизаций – Бер, но нет никакой гарантии, что он вернется. Пол слышал, как бухает его сердце, признак того, что он еще жив. Страх, каким он привык его ощущать, отступил. Он уже ничего не боялся. Теперь он остался один на один с собой и своим горем. И лишь логика подсказывала ему, что утро все-таки наступит.

Бер смотрел через покрытое грязью ветровое стекло на девушек, которые небольшими группками выходили из строения-трейлера. Часть из них сели в разбитый пикап, который тут же уехал. Несколько девушек пошли по дороге в темноту; наверное, к автобусной остановке, подумал сыщик. Постепенно в здании погасли огни, свет остался лишь в одном окне. Там кухня, решил Бер, зная примерное расположение помещений в таких строениях. Открылась проволочная дверь, и на улицу с сигаретой вышла невысокая худая женщина. В этот момент Бер вышел из машины.

Марта. Та самая, которая ляпнула тогда что-то о ранчо с «жеребятами». Когда сыщик вышел из темноты в круг слабого света от трейлера, она испуганно дернулась, но профессионально быстро овладела собой.

– Привет, – поздоровался он.

– Мы уже закрылись. Девушки ушли домой.

Если она и вспомнила его, то не подала виду. Но Бер был проницателен. В ее черных глазах читался твердый ум – он заметил это во время визита сюда, и это вселило в него надежду. Вот он и решил вернуться.

– Я пришел не за этим, Марта.

– Говорить не…

– Будешь.

– Уже поздно. Я ложусь спать.

– Подожди. Докури сначала.

Она посмотрела на него со злобой.