ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Искатель — вторая книга трилогии «Племя в одном». Ведомые загадочными указаниями Мудреца, Сорак и Риана похищают принцессу из королевского дома Нибеная. За ними по следам идет тот, для кого эта принце... Искатель Саймон Хоук Посвящение Род и Шари. Она не представляла себе грязи и отбросы, тучи мух и запах гнили от дерьма, гниющего на улицах, и даже не думала о карманниках, головорезах и вульгарных, размалеванных проститутках, или о бандах отчаявшихся людей, застигнутых враспох мучительным изменением уклада жизни во время перехода города от тирании Калака к более демократической и открытой форме правления. Она даже не могла себе представить, что придет в Тир не как монахиня во время паломничества, а как юная женщина, котороя нарушила все свои священные клятвы и убежала из города ночью, следуя за единственным мужчиной, которого она знала и любила. Не могла она представить себе и то, что прежде, чем убежать из города, она узнает, что такое убить человека. Она повернулась и без сожаления взглянула на темный город, лежавший далеко от нее, потом перевела взгляд на пустыню, простиравшуюся под ней. Она и Сорак устроили лагерь на горном плато, нависавшем над равниной Тира, на восток от города. За городом, на западе, равнина поднималась, переходя в холмы, которые примыкали к Поющим Горам. К востоку холмы постепенно удалялись, почти полностью окружая долину, оставляя, однако, прямой путь на юг, куда и шел торговый путь из Тира в пустые земли. Караваны всегда выходили из Тира этим путем, а потом направлялись на юго-восток в Алтарук, или на северо-восток к Серебряному Источнику, а оттуда на север к Урику или на северо-восток, к Рааму и Драю. К востоку от оазиса, известного как Серебряный Источник, не было ничего кроме каменистой, безжалостной пустыни, известной как Каменные Пустоши и протянувшейся на многие мили. Она заканчивалось возле Гор Барьера, за которыми лежали города Галг

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теперь, увы, было только два времени года, как печально шутил народ: лето и еще одно, такое же.

Большую часть года в пустынях Атхаса днем было жарко, как на сковородке, а ночью можно было замерзнуть насмерть, но во время бесконечного лета Атхаса было два или три месяца, когда и ночью было достаточно тепло, чтобы спать без одеяла, а днем неосторожный путник чувствовал себя как внутри раскаленной печки. Там, где когда-то были зеленые и плодоносящие поля, теперь простерлись скудные пустые земли, в лучшем случае едва прикрытые коричневыми травами пустыни, низкорослым железным деревом и деревом пагафа, немногими колючими кустами и самыми разными кактусами, из иголок многих из которых струился яд. На месте лесов появилсь каменистые холмы, между каменными утесами выли ветры, в отчаянии завывая, как какой-нибудь обезумевший от горя гигант. Мало где, как например в лесу на склонах Поющих Гор, остались следы того, каким был когда-то этот мир, и с каждым прошедшим годом леса становились все меньше и меньше. А то, что не умирало само, уничтожалось осквернителями.

Магия требует энергии, и источником этой энергии может быть как жизненная сила того, кто произносит заклинание, так и жизненная сила любого живого существа, например растений. Магия, которой занимались и осквернители и сохранители, была точно такая же, но сохранители уважали жизнь и, произнося заклинания, аккуратно занимали из растений ровно столько энергии, что то могло полностью восстановиться. Сохранители не убивали своей магией.

Осквернители же, с другой стороны, использовали смертоносную магию. Когда осквернитель произносил заклинание, он выкачивал столько энергии, сколько мог, и чем больше энергии он забирал, тем больше была сила и эффективность его заклинания. Когда осквернитель выпивал всю энергию из растения, оно просто погибало, а земля вокруг него становилась абсолютно безжизненной.

Великий соблазн оскверняющей магии был в том, что маг очень быстро привыкал к ней. Она разрешала волшебнику-осквернителю увеличить свою силу намного быстрее и намного сильнее, чем волшебнику-сохранителю, следовавшему Дорогой Сохранения и поклявшемуся сохранять жизнь любому живому существу. Как и любой наркотик, безграничная тяга осквернителя к силе требовала все больших и больших доз. В безустанной погоне за силой осквернитель быстро достигал пределов, до которых он мог вбирать в себя энергию, и как только он переходил эти пределы, сила убивала его…

Только короли-волшебники могли выдерживать любой поток жизненной силы, что они и делали во время метаморфозы.