— Хочешь, я привяжу твой ремень снаружи к оконной раме и вывешусь из окна?
— Это еще зачем?
— Очень просто. Старуха Хрюкман сказала, что выгонит тебя из дома, если через десять минут я не уберусь отсюда. Она придет, а ты ей скажешь: «Он висит за окном!» А раз уж я убрался из комнаты, она не сможет тебя выгнать.
— Она и так меня не выгонит! Ведь у меня есть Субастик с мордашкой в синюю крапинку!
— Что ты придумал?
Господин Пепперминт улыбнулся и сказал:
— Пусть госпожа Брюкман всякий раз, когда ей захочется меня выругать, говорит совсем не то, что думает, а как раз наоборот. Прошу тебя, Субастик, исполни мое желание!..
Хозяйка между тем пришла наконец в себя и, слегка приоткрыв кухонную дверь, выглянула в коридор. Белого медведя не было видно. Обмотав половой тряпкой щетку, хозяйка просунула ее в дверную щель и пошарила за порогом. Ничего! Расхрабрившись, госпожа Брюкман вышла в коридор и через распахнутую настежь парадную дверь увидела медведя — он сидел в сугробе у крыльца, прислонившись спиной к стене дома. Подкравшись к двери, хозяйка захлопнула ее. Затем ринулась к двери господина Пепперминта, резко дернула ее и с багровым от ярости лицом ворвалась в комнату. Уперев руки в бока, она закричала:
— Господин Пепперминт! Вы необыкновенно симпатичный и приятный человек! Вы самый лучший из всех жильцов!
Господин Пепперминт по-прежнему стоял на стуле.
Он вежливо поклонился хозяйке и ответил:
— Благодарно вас, госпожа Брюкман! Спасибо вам за добрые слова!
— И мне ничуть не жаль, что вы залезли в ботинках на мой великолепный стул! Ведь ему уже лет тридцать пять, не меньше, и давно пора уже сменить на нем обивку! — продолжала вопить госпожа Брюкман.
— Да что вы, госпожа Брюкман, — смущенно возразил господин Пепперминт. — Право, в этом нет никакой нужды. Обивка вполне еще хороша…
— Что… что такое я говорю? — выпучив глаза и запинаясь, пробормотала хозяйка. — Кстати, и занавески в вашей комнате тоже давно пора заменить!
— Что правда, то правда! — радостно воскликнул господин Пепперминт. — Эти старые занавески до того уродливы!
— Что вы сказали? — взревела хозяйка. — Мои занавески уродливы? Да они просто ужасны
г
просто чудовищны!
— Совершенно с вами согласен, — подтвердил господин Пепперминт и подмигнул Субастику. — А как нам теперь быть с Робинзоном?
Госпожа Брюкман тотчас снова побагровела и оглушительно завопила:
— Робинзон? Ах, Робинзон! Да это же самый тихий, самый послушный ребенок из всех, кого я когда-либо видела! Пожалуйста, не отсылайте его домой, пусть хоть еще немножко поживет у нас! Мне так приятно будет завтракать в его обществе! Если же он задержится у вас надолго, мне, конечно, придется несколько изменить сумму квартирной платы.






