ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Жанр художественной политической аналитики позволил авторам книги «Брат» представить читателям Украину сквозь призму российского фактора, а именно фактора Владимира Путина, одного из самых ярких ли... Роман Василишин Игорь Беркут Брат Пролог Президент отодвинул край тяжелой бархатной шторы. За нею был внешний мир — опасный и враждебный. На подступах к воротам Банковой бесновалась толпа, украшенная разноцветьем флагов. Доминировали желто-синие знамена, разбавленные красными и малиновыми — Объединенной Республики Донбасс (ОРД), народного движения «Юг», разношерстных левых и казачьих сотен, сформированных под видом «казаков» из ветеранов спецназа. «Ми непереможнi! Ша-а-аблi догори!», «Вставай, проклятьем заклейменный весь мир голодны-ых и рабов!» — многоголосо гремело над Киевом. Песнопений не могли заглушить даже частые автоматные очереди — это шли в расход «враги народа», к которым безо всякого суда и следствия причислялись министры и депутаты, захваченные объединенными коммуно-националистическими дружинами прямо в служебных кабинетах. От взрыва в подвале загудел пол Секретариата. Дикий, неистовый крик прокатился зданием, где уже пятый день скрывался президент и те его немногочисленные соратники, которым выпало испить горькую чашу до дна… Нечеловечески кричал глава Секретариата Президента (СП) — это стало ясно с первой же секунды. «Конец… — отрешенно подумал Он. — Отрезан последний путь к спасению…» Обломками завалило подземный ход, обустроенный когда-то еще для Данилыча. Ход был прорыт под Днепром и выводил прямо в кухню неприметного особняка, расположенного в украинской «золотой деревне» под Киевом — Конче-Заспе. С виду секретный объект ничем не отличался от загородных домов киевских мультимиллионеров, построенных по соседству. Зато принципиально иной была начинка — четырехуровневый подземный бункер, оснащенный всем необходимым для комфортного существования первых ли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы не знаем также и масштабов реальной зависимости украинской верхушки от иностранного контроля, а также о степени их уязвимости перед шантажом иностранных спецслужб.

Внешняя политика нашего государства сегодня демонстрирует в полной мере апокалиптический характер, и первым рифом на ее пути может стать нынешнее российское государство, о которое могут разбиться все наши национальные иллюзии. Нам не дано знать будущего, однако мы не можем не осознавать, что одним из главных факторов, который будет определять ход украинского исторического развития в ближайшее время, есть фактор российский. И не просто российский, а персонально фактор Владимира Путина, одного из самих ярких политических лидеров современности. Не попытавшись понять Путина, мы никогда не поймем и ближайших глобальных перспектив мировой цивилизации, а потому нас ожидает настоящая катастрофа — натолкнуться на российские грабли уже в пятый раз в своей истории, если мы не остановим «трипольские боевые колесницы» нашего президента. Будет разумно, прежде чем «махать саблей посреди кабака», внимательно прочитать биографию Владимира Путина и попробовать расшифровать хитросплетение его политических комбинаций. Безусловно, можно продолжить создание из России образа «кровавого изувера», который всякий раз жаждет совершить надругательство над Украиной. Это может пригодиться кое-кому для агитации, но позволяет ли такой подход делать правильные выводы и планировать адекватную национальную стратегию? Если, глядя на Путина, упрямо твердить, что москали — это «пьяные, тупые и кровожадные дегенераты», что тогда можно сказать об украинцах, глядя на нашего президента и, тем более, — слушая его речи?

Мы предлагаем иной подход: отнестись к российским лидерам с надлежащим уважением и попробовать понять логику их замыслов.

Император. Пришествие

Российский фактор

«Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить…»

Федор Тютчев.

Быть беспристрастным, когда разговор заходит о Владимире Путине, особенно, если считаешь себя украинским патриотом, дело совсем непростое. К тому же, общественная мысль в нашем государстве, погруженная обычно внутрь бесконечного политического противостояния, бетонно застыла в конфигурации 80-х годов прошлого века относительно политологических концепций.