Я заметила это, когда он спросил приглушенным голосом:
— А ты их сосала?
— Как это?
— Ну, сосала соски?
— Как это — сосала?
— О, не делай из себя дурочку. Ты же знаешь — эти красные соски на грудях, которые маленькие дети берут в рот…
Ах, вот оно что Как он узнал обо всем этом, он, мальчик? Я знала, что грудных детей кормят грудью, но ничего больше. Вдруг я почувствовала руку Вилема на моей тонкой летней блузке и услышала его шепот:
— Хочешь, я тебе покажу, как их сосут… Хочешь? Я была напугана, но решила, что впервые у меня появился шанс стать настоящей женщиной. Мой врожденный инстинкт подсказал мне, что это первое звено в цепи волнующих событий, которые составляют жизнь женщины и поискам которых я позже посвятила всю свою жизнь… Мое легкое сопротивление не остановило его. Тогда я пустила в ход свои руки, расстегнув пуговицы блузки и нижней рубашки, в результате чего одна небольшая, но хорошо сформировавшаяся грудь с твердеющим соском выпрыгнула наружу.
Несомненно, Вилем был приятно удивлен. Прежде всего моим согласием, но даже больше — существованием этих двух прелестных шариков. Они не могли идти ни в какое сравнение с сокровищами Барбе, но для мальчика его возраста они представляли синицу на земле, а не журавля в небе. Вилем сразу принялся за работу. Он наклонился и взял мою маленькую ягодку в рот. Волнующее прикосновение его губ, новизна ситуации, осознание того, что мы делаем то, что делают взрослые, — все это привело меня в замешательство.
Вилем был в не меньшем замешательстве, но, по крайней мере, его лицо было спрятано в укромном местечке. Набравшись смелости, он вытащил вторую грудь и охватил ее, сжимая крепкой, страстной рукой, из-за чего по всему моему телу пробежала дрожь. Другой рукой он расстегнул брюки и после некоторой возни вытащил уже знакомый мне колышек, который на этот раз выглядел настоящей дубинкой. Он был намного больше, чем я представляла, вспоминая наше предыдущее происшествие. Однако он был намного тоньше, чем тот, который Клаас воткнул в Анти. У меня не было возможности делать подробные сравнения, потому что Вилем схватил объект моего внимания в правую руку и начал двигать его вверх-вниз, да так быстро, что я едва могла уследить за его движениями. И каждый раз, когда белая, очень подвижная кожа твердого отростка была сдвинута вниз, показывалась маленькая розовая головка, которая постепенно становилась темнее.
Все это выглядело очень смешно, однако я была настолько охвачена возбуждением, что лишь онемело, как загипнотизированная, следила за его действиями, мне хотелось, чтобы это сладкое чувство все более усиливалось до… 1
На самом деле я не знала, что значит "до"… потому что я еще не знала, что цель всех этих странных манипуляций — удовлетворение страсти.






