ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На пороге тотального ядерного конфликта группа добровольцев, экипированная по последнему слову техники XXI века, погружается в анабиозный сон. Страшным оказывается пробуждение через пять веков. Цив... Воин Дональд Маккуин Пролог Девочка беспокойно пошевелилась во сне, маленькая ручка высунулась из-под шерстяного одеяла, как бы желая отогнать что-то скребущееся, крадущееся, шепчущее в темноте. Звуки становились все громче, так что когда малышка окончательно проснулась, то не смогла понять, откуда они доносятся. Несколько томительных мгновений она вслушивалась, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Даже спокойное дыхание родителей, спящих на своей постели у другой стены хижины, и дружное сопение и вздохи четырех братьев и сестер не успокаивали. Вчера ей приснился плохой сон, и она с криком проснулась, рассердив всех вокруг. Поэтому сейчас девочка прикусила губу, говоря себе, что должна быть храброй. Но это был уже не сон. Страшные твари снаружи — она чувствовала, что их там много — стали реальными. Стены родного дома, тонкие и непрочные, не могли защитить от них. Нечто огромное и страшное подкрадывалось, припадая к земле и готовясь к прыжку. Девочка сдалась и позвала мать. Но вместо успокаивающего полусонного ворчания ей ответили грубые крики снаружи. Мать вскочила, бросившись к детям, еще до того, как отец успел добежать до дверей. Она выхватила девочку из кровати, и та, испуганно прижимаясь к ней, залилась слезами. Ребенок понял, что отец побежал за топором, лежащим в дровах. Отсветы огня от горящей тростниковой крыши играли на его спине. С криком он вбежал назад, одной рукой держа перед собой топор. Другая рука была согнута и дергалась резкими болезненными толчками, как крыло у сбитой на лету утки. За ним в дом ворвались два человека с мечами в руках. Один из них размахивал факелом, отбрасывавшим неровные блики на его страшное размалеванное лицо. Он пронзительно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сайла, стоявшая рядом с ним в своем лучшем черном наряде, старалась не смотреть в эту сторону. Гэн заметил и сказал об этом Ниле, пока они ждали, когда же настоятельница начнет церемонию, что Сайла чем-то озабочена. Нила чуть не закричала на него, напомнив о потерянном ребенке. Гэн покраснел, от радости он позабыл об этом.

Сама церемония, на которой ребенку давалось имя, была короткой. Настоятельница Ирисов побрызгала Водой Святости на малыша, сидящего на руках у Гэна с Нилой. Кто стоял поближе и мог различить выражение лица Колдара, засмеялся, когда тот нахмурился и заволновался, но все смолкли, когда хрупкая престарелая настоятельница произнесла его полное имя. Колдар на Бейл Мондэрк, — выговорила она, и удивление на лице Класа на Бейла доставило толпе не меньше удовольствия, чем вид виновника торжества. Все снова начали выкрикивать поздравления, а Волки — те, что стояли в шеренгах, и те, что были среди толпы, — завыли, выражая свое одобрение.

Когда настоятельница отступила назад, давая понять, что религиозная часть церемонии окончена, по толпе прокатился ропот, будто буря пронеслась по верхушкам деревьев. Никто точно не знал, чего он ждет. Большинству из них Мурдат был неизвестен, а день именования королевского первенца всегда был днем оглашения важнейших указов во времена династии Алтанаров. Ходили слухи о новых налогах, о наборе в соединения Волков. На лицах некоторых людей был написан страх.

Гэн и Нила подошли к краю платформы. Никто не произнес ни звука. Потом Гэн взял ребенка и поднял его над головой. Его голос прогремел над собравшейся толпой:

— Вот мой сын, он ничем не отличается от любого другого. Мальчик, который должен стать мужчиной, мужчиной, который должен показать себя достойным своих друзей в войне или в мире. Нила и я желаем вам и вашим детям всех благ. И просим от вас того же для нашего сына. — Он поднял ребенка еще выше. — Колдар на Бейл Мондэрк!

В ответ на дикий рев толпы молодой Колдар на Бейл Мондэрк дернулся, словно рыба на крючке. Его подбородок выдвинулся вперед, кулачки сжались. А потом, неожиданно для всех, он ударил рукой по воздуху и засмеялся. Поворачивая голову из стороны в сторону, он, казалось, так же весело приветствует своих друзей, как и они его.

Гэн опустил сына и передал его обратно Ниле. Она раскраснелась от волнения. Уголком рта Гэн произнес:

— Ты видела? Он чувствует себя королем, еще не научившись ходить.

Она фыркнула, не забывая, впрочем, улыбаться, и ответила:

— Вероятно, он это унаследовал. Что мы сделаем теперь?

— Пойдем посмотрим на ярмарку, встретимся с людьми.

* * *

У подножия лестницы два взвода Джалайлских Волков выбежали из-за возвышения и встали вокруг, отгородив их непреодолимой стеной.