ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На пороге тотального ядерного конфликта группа добровольцев, экипированная по последнему слову техники XXI века, погружается в анабиозный сон. Страшным оказывается пробуждение через пять веков. Цив... Воин Дональд Маккуин Пролог Девочка беспокойно пошевелилась во сне, маленькая ручка высунулась из-под шерстяного одеяла, как бы желая отогнать что-то скребущееся, крадущееся, шепчущее в темноте. Звуки становились все громче, так что когда малышка окончательно проснулась, то не смогла понять, откуда они доносятся. Несколько томительных мгновений она вслушивалась, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Даже спокойное дыхание родителей, спящих на своей постели у другой стены хижины, и дружное сопение и вздохи четырех братьев и сестер не успокаивали. Вчера ей приснился плохой сон, и она с криком проснулась, рассердив всех вокруг. Поэтому сейчас девочка прикусила губу, говоря себе, что должна быть храброй. Но это был уже не сон. Страшные твари снаружи — она чувствовала, что их там много — стали реальными. Стены родного дома, тонкие и непрочные, не могли защитить от них. Нечто огромное и страшное подкрадывалось, припадая к земле и готовясь к прыжку. Девочка сдалась и позвала мать. Но вместо успокаивающего полусонного ворчания ей ответили грубые крики снаружи. Мать вскочила, бросившись к детям, еще до того, как отец успел добежать до дверей. Она выхватила девочку из кровати, и та, испуганно прижимаясь к ней, залилась слезами. Ребенок понял, что отец побежал за топором, лежащим в дровах. Отсветы огня от горящей тростниковой крыши играли на его спине. С криком он вбежал назад, одной рукой держа перед собой топор. Другая рука была согнута и дергалась резкими болезненными толчками, как крыло у сбитой на лету утки. За ним в дом ворвались два человека с мечами в руках. Один из них размахивал факелом, отбрасывавшим неровные блики на его страшное размалеванное лицо. Он пронзительно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Наша любовь и надежда будут вместе с тобой. Уходи, когда пожелаешь. Возвращайся, как только сможешь.

Сайла быстро поцеловала их обоих и выбежала из зала.

Тейт наблюдала за отъездом Конвея с того самого места у двери, где он оставил ее.

— Подожди, — позвала она, а когда Мэтт обернулся, поманила его рукой. Слегка удивившись, он подошел. Тейт показала на его лицо. — Вот что сводит меня с ума, — произнесла она, нахмурившись. — Тебе положено выглядеть сбитым с толку, заинтригованным или хотя бы сильно заинтересованным. Как-то отреагировать. А между тем в этих каменных стенах намного больше жизни, чем в тебе.

Конвей пожал плечами.

— Я знаю. Извини.

— Это не поможет, партнер. — Теперь мрачность сменилась сочувствием. — Нельзя все время хандрить. Леди должна идти своим путем. А до тех пор ты должен жить нормально.

Он сказал, защищаясь:

— Я знаю, что от меня не много веселья, но я никому не причиняю вреда.

— Неправда. Любой, кто знает тебя, страдает вместе с тобой, Мэтт. Почему, ты думаешь, Леклерк вернулся на ту старую Алтанарову ферму? Он мог бы делать то же самое здесь, но он не может видеть тебя в таком состоянии.

Конвей прислонился к стене.

— Я никогда не думал, что это снова со мной произойдет. Ты же знаешь, я был женат. У нас был ребенок.

— Знаю. — Он посмотрел на Тейт. Она сказала: — Я говорила, что должна была наблюдать за Фолконером, помнишь? Ты был бы приписан к его группе, если бы, конечно, все шло по плану. Я должна была ознакомиться с личным делом каждого из вас.

— Ты никогда об этом не говорила. — На его лице читалась досада.

— Совсем другой мир. Не было никакого смысла. Но теперь это — как раз то, о чем я хочу с тобой поговорить.

Прошло несколько секунд, прежде чем Конвей смог справиться с раздражением и спросить:

— Что у тебя на уме?

— Сайла.

— Она? Что связано с ней? Она отправляется на охоту за какой-то Несуществующей Страной или чем-то вроде того, не так ли?

— Она уезжает. Я слышала, Церковь считает, что где-то на юге есть особое место, которое они называют Вратами. С ним связана некая организация — Учителя.

Он наклонил голову:

— Ты хочешь пойти с ней?

— Я хочу что-то искать, Мэтт. Что угодно. Я рассказывала тебе, что эти женщины могут предотвращать зачатие усилием мысли, и о том, как Клас остановил кровотечение. Что еще скрывается там, чего мы не знаем? Я имею в виду, неужели мы проведем остаток жизней, заново воспроизводя исторические сражения? Что, если эти Врата — другое криогенное хранилище? Что, если кто-то еще создал такое же и теперь они там? Мы можем объяснить им, что здесь происходит. Возможно нам даже удастся вернуть Учителей или сделать что-то еще. Если мы пойдем, мы будем жить.

— А что будет с Луисом? С остальными женщинами?

— Я уже говорила с ними. Они собираются заниматься тем, что им больше понравится.