– Как ты думаешь, дорогой, – нежно спросила Лола, – есть сейчас у Леньки кто-нибудь?
Песик посмотрел на нее укоризненно, пожал плечами и вышел из ванной. Лола тихонько вздохнула.
* * *
В длинном помещении, казавшемся полутемным от низко повешенных люминесцентных светильников, ярко освещавших только бильярдные столы, раздавались сухой стук шаров и короткие темпераментные выкрики игроков. Маркиз огляделся и увидел возле дальнего стола человека, который назначил ему свидание.
Худой, подтянутый, сухощавый, Аскольд был старомодно элегантен – всегда безупречно отутюженный темный костюм, белоснежная рубашка, платочек в нагрудном кармане пиджака, единственная яркая деталь – бордовый галстук-"бабочка". Редеющие волосы аккуратно уложены с бриллиантином. Где уж брал его Аскольд в наше время – оставалось загадкой. Точно так же загадкой было и само его имя – никто не знал, имя это или кличка. Загадкой был и его возраст – ему можно было дать и пятьдесят лет, и семьдесят. Во всяком случае, те, кто знал его давно, говорили, что он всегда был точно таким же – старомодным, подтянутым, элегантным.
Про Аскольда вообще никто ничего не знал. Он играл на бильярде, играл очень хорошо, и изредка проворачивал небольшое элегантное мошенничество Нечасто, один-два раза в год. Каждая его операция была подлинным шедевром, образцом для подражания.
Именно у Аскольда Леня-Маркиз в свое время многому научился, и до сих пор относился к нему с огромным уважением, считая непререкаемым авторитетом как в отношении изящных, тонко продуманных афер, так и в отношении хороших манер и умения достойно держаться в любом обществе.
Леня подошел к Аскольду, и они обменялись сердечным, но сдержанным приветствием – Аскольд не любил панибратства.
– Вы хотели поговорить со мной о деле? – Маркиз взял быка за рога, хотя и понимал, что это невежливо, что следовало побеседовать для начала о нейтральных предметах, о жизни и погоде, дождавшись, когда Аскольд сам перейдет к делу.
Действительно, маэстро удивленно и неодобрительно взглянул на ученика, высоко подняв левую бровь. Затем вздохнул, подумав, должно быть, что времена изменились и надо быть снисходительнее к молодежи, и негромко сказал:
– Признайся, мой дорогой, когда ты последний раз брал в руки бильярдный кий?
– Ох, давно, Аскольд, очень давно!
– Скверно! – Аскольд снял пиджак, подтянул рукава белоснежной рубашки и начал натирать мелом кий. – Бильярд необходим людям нашей профессии. Он дисциплинирует, развивает глазомер и твердость руки, учит стратегии… Ты должен играть хотя бы два раза в месяц! Обещай мне, мой дорогой!
– Не всегда находится время! – ответил Леня с тяжелым вздохом.






