Если он куда-то побежит – ты за ним тихонько поедешь и проследишь, куда его занесет. А мы с Константином, – Молоток обернулся на второго своего подручного, плотного и немногословного крепыша, – попробуем сейчас на Васильевский смотаться. Так что оставайся здесь и жди… Только я думаю, вряд ли Скелет куда-то поедет. Судя по всему, этот Дупель – парень тертый и опытный, и вряд ли он этой мелкой сявке свой адрес дал.
Миша Молоток был совершенно прав: Скелет не знал адрес «Дупеля». Он знал только номер его мобильного телефона. Как только ночные гости покинули его квартиру, он закрыл входную дверь на засов и набрал номер мобильника.
– Были, – коротко доложил он, – только что ушли. Я им все говорил в точности, как ты велел.
– Ну и как – поверили? – осведомился голос в трубке.
– Вроде поверили. Думаю, сейчас на Васильевский едут. Только страху я натерпелся… Да и тумаков досталось! Так что не грех бы и надбавить маленько. Так сказать, за моральный ущерб.
– Ну, Витек, ты торгуешься прямо как извозчик. Не забудь еще сказать, что овес нынче дорог. Я тебе уже штуку баксов заплатил, и завтра, как договаривались, еще две штуки передам. Это, Витенька, очень хорошие деньги. Так что будь здоров.
С этими словами Леня Маркиз отключил телефон.
А Миша Молоток с молчаливым Константином приехали на Васильевский остров.
На Третьей линии Васильевского острова в этот глухой ночной час не было ни души. Войдя в нужную подворотню, Молоток чуть не наступил на парочку котов, выяснявших в темноте отношения. С оскорбленным мяуканьем коты бросились врассыпную.
– Нехорошая примета, – вполголоса проронил молчавший до того Константин.
– Типун тебе на язык, – огрызнулся Миша.
Оглядевшись по сторонам, он действительно слева от арки увидел железную дверь, выкрашенную когда-то давным-давно унылой темно-коричневой краской. Молоток и не подумал стучать в дверь условным стуком. Он любил появляться неожиданно и поэтому вытащил из кармана универсальную отмычку.
– Дверь-то железная, – поучающим тоном сообщил он Константину, – да замок-то дерьмовый!
Замок действительно моментально уступил его стараниям, и дверь с едва слышным скрипом отворилась. Двое головорезов, стараясь не производить лишнего шума, вошли в квартиру.
По-видимому, это была бывшая дворницкая, переделанная в небольшую однокомнатную квартирку без особенных удобств. Миша с Константином, войдя внутрь, сразу оказались на крошечной кухне, один угол которой был завешен пластиковой занавеской и превращен в подобие душевой. Из этой кухни перекошенная дверь вела в жилую комнату, из которой доносился ритмичный скрип кровати, стоны и вскрики, не оставлявшие никаких сомнений относительно того, чем были заняты в настоящий момент обитатели бывшей дворницкой.






