ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эта невероятная и захватывающая автобиография изучает мятежную жизнь одной из наиболее влиятельных икон американской рок-истории Motley Crue. Грязь Motley Crue Посвящается нашим жёнам и детям в надежде на то, что они простят нас за всё, что мы когда-либо совершили. История, которая будет здесь рассказана, написана более чем одним пером, поскольку в суде история преступления рассказывается более, чем одним свидетелем. Уилки Коллинз “Женщина в белом” 1860 На дворе был 1981-ый год, и мы были без гроша, с одной тысячью экземпляров семидюймового сингла, которые наш менеджер отпечатал для нас, и с десятком вещей, записанных на наше имя. В передней находился один кожаный диван и стереосистема, которую родители Томми подарили ему на Рождество. Потолок был покрыт маленькими круглыми вмятинами, т. к. каждый раз, когда соседи жаловались на шум, мы предпринимали ответные меры, стуча в потолок ручками швабр и гитарными грифами. Ковер был испачкан алкоголем, кровью и окурками от сигарет, стены чернели обожженными обоями. Квартира кишела паразитами. Если нам нужна была духовка, то необходимо было выдерживать её при высокой температуре в течение добрых десяти минут, чтобы убить полчища насекомых внутри неё. Мы могли бы использовать ядохимикаты, чтобы истреблять тараканов, ползавших по стенам, но мы просто брали спрей с лаком для волос, подносили зажигалку к носику и сжигали ублюдков заживо. Конечно, мы могли позволить себе (или позволить себе украсть) такие важные для нас вещи, как, например, лак для волос, т. к. нам просто необходимо было делать высокие начёсы для выступлений в клубах. Кухня была меньше, чем ванная, и такая же гнилая. В холодильнике обычно было немного старого тунца, пиво, болонская колбаса «Oscar Mayer», майонез с истёкшим сроком годности, иногда даже хот-доги, если это было начало недели (мы воровали их из винного магазина, который находился внизу или покупали их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хайди всё знала и не ждала никакой рок-н-ролльной сказки, банковских чеков по двадцать тысяч долларов в месяц на текущие расходы или мужа, который сможет прожить всю жизнь без глубоких душевных травм, чувства вины и гнева от того, что убил хорошего друга в автомобильной катастрофе и потерял четырехлетнюю дочь, умершую от рака. Возможно, восемьдесят пять процентов пар даже не смогли бы пережить смерть ребёнка, независимо от того, настоящие ли они его родители или нет. Но каким-то образом мы с Хайди пришли к другому исходу и не как любовники, а как лучшие друзья.

Мы назначили день свадьбы, а затем отпраздновали помолвку походом на хоккейный матч с участием «Kings» («Los Angeles Kings» — лос-анджелесская хоккейная команда). После игры, мы столкнулись с Томом Арнольдом (Tom Arnold — американский актёр), который познакомил нас с некоторыми игроками. Все они хотели поехать потусоваться где-нибудь, поэтому я предложил «Havana Room», приватный сигарный клуб в Беверли-Хиллс, где собирались в основном продюсеры, актёры, адвокаты и один или два пластических хирурга. Думаю, что я единственный рокер, который является членом этого клуба.

Мы все хорошенько там поддали — за исключением Тома Арнольда, который не пьет, — когда Мэл Гибсон (Mel Gibson — известный актёр и режиссёр), который сидел один в баре, спросил, нельзя ли ему присоединиться к нам. В конце концов, вечеринка свелась к тому, что в 3 часа утра остались только я, Мэл и Хайди. Персоналу нужно было закрывать заведение, но они не хотели выгонять нас. Так что они разрешили нам остаться там одним и курить сигары.

Мы покинули клуб час спустя и поехали ко мне домой, где до шести утра играли на бильярде и фотографировали друг друга на Полароид, корча рожи. Я отрубился, но Мэл всё ещё хотел зажигать (Mel still wanted to rock). Хайди разбудила меня в полдень, смеясь, "Я поверить не могу, мне пришлось выставить за дверь самого Мэла Гибсона". В какой-то момент после того, как солнце взошло, она вызвала ему такси, чтобы отвезти его в «Four Seasons» (название отеля). Тем вечером мы с Хайди включили новости, где передавали сюжет о том, как клуб «Havana Room» сгорел дотла. Они сказали, что два джентльмена оставались в клубе допоздна и бросили свои непотушенные окурки в мусорное ведро, которое загорелось и подожгло всё здание. Теперь, ко всему прочему, я стал ещё и поджигателем.

Вскоре после этого у нас с Хайди состоялась скромная, но красивая свадьба в Беверли-Хиллс под мелодию «Van Morrison» "Crazy Love" в кругу подружек невесты, почти сплошь состоящего из фотомоделей (Playmates). После того, как я потерял всё, я нашёл женщину, которая была самой красивой невестой, самым удивительным человеком как внутри, так и снаружи, которую я когда-либо встречал.