- Чего чешешься? Блохи? - оживился Куклаваня.
- Нет, светлячки...- обиделась Дуся.
- А...- разочаровался пупс.- Ну да ничего. У тебя все ещё впереди.
Куклаване стало холодно, и он спрятал руки в карманы. Неожиданно он нашарил там небольшую картонную коробочку.
- Спички! Кто бы мог подумать! Я думал, что потерял! Давненько я не забредал в этот кармашек.
Куклаваня чиркнул спичкой, и в подземелье замка Злыдней вспыхнул маленький огонек. Маша, Пыхалка и кукла Оля как зачарованные смотрели на крошечное живое пламя. Они заметили, что огонёк всё время отклоняется в сторону одного из коридоров.
Пыхалка вскочил на ноги:
- Я понял! Сквозняк! Он укажет нам выход из лабиринта. Нужно идти туда, куда отклоняется пламя.
Пупс отбросил догоревшую спичку в сторону:
- Опять хорошая идея пришла в голову не мне! Что-то у меня сегодня с головой не ладится.
- Наверное, вата отсырела.- предположила Оля.
- Не думаю, что она тебя растерзает,- успокоил Михрютку папа.- Если бы это произошло, нам было бы очень жаль.
Тут раздался звонок в дверь. Это пришла Авдохина. На лице у неё было написано столько рвения, что Михрютка даже слегка испугалась. В руках у Авдохиной была сумка с молочными пакетами, майонезом и яйцами, которых хватило бы, чтобы накормить десяток голодных культуристов.
- Дитю надо хорошо питаться. Что-то оно у вас больно тощее.- Авдохина ущипнула Михрютку за щеку сухими жилистыми пальцами. Михрютка показала Авдохиной язык.
- Маша к вам ещё не привыкла, Антонина Петровна.- Мама умоляюще посмотрела на Михрютку.- Она послушная девочка и не доставит вам хлопот. Мы вернёмся очень скоро. Большое спасибо, что вы согласились остаться с ребенком.
Михрютка нахмурилась и дернула маму за руку:
- Не обзывай меня ребенком. Я уже взрослая.
- Она шутит! Она у нас большая шутница,- неестественно засмеялась мама.
- Обещай мне быть послушной! - попросил папа, когда они с мамой были уже на пороге.
- Я буду послушной до жути! - пообещала Михрютка. И надо сказать, она выполнила свое обещание.
Мама поцеловала её и выскользнула из квартиры. Они опаздывали на поезд.
Едва за родителями захлопнулась дверь, как усердная Авдохина приступила к выполнению добровольно взятых обязанностей по воспитанию ребёнка. Авдохина никогда не была замужем и не имела детей, но зато у неё были свои взгляды на то, что можно ребёнку и чего нельзя.
Она усадила Михрютку на стул, дала ей по пакету молока в каждую руку и стого-настрого наказала:
- К окну не подходить - вывалишься, со спичками не играть - сгоришь, из незнакомых пузырьков не пить - отравишься, в ванной не засыпать - утонешь.
- А что можно? - спросила Михрютка.
- Сидеть на стуле и пить молоко! - сказала Авдохина.
- А я не захлебнусь? - с тревогой спросила Михрютка.






