Джуда схватил Мерси за плечи, пальцы сильно впились в ее плоть, и когда она всхлипнула от боли, Ева потянулась вверх и положила ладошку на руку Джуды.
– Ты должен быть нежным с моей мамой. Я знаю, ты не хочешь делать ей больно.
Джуда расслабил напряженные пальцы, переведя взгляд с лица Мерси на Еву, а потом снова на Мерси.
– Я не сделаю ей ничего плохого. – Он посмотрел на Сидонию, сверлившую его взглядом, полным жгучей ненависти. – Ступай с няней, детка. Мне нужно поговорить с твоей мамой наедине.
– Но я не хочу… – заскулила Ева.
«Делай, как тебе велено»,
– Мерси услышала отданное Еве безмолвное послание Джуды и поняла, что он инстинктивно знал, Ева услышит его мысли.
Она взглянула на Мерси, и та кивнула.
– Иди с Сидонией и позволь ей уложить тебя спать. Мы с тобой поговорим утром.
Ева поцеловала ее в щеку.
– Спокойной ночи, мамочка. – Затем потянула Джуду за руку, вынуждая наклониться, что он и сделал, выпустив перед этим Мерси. Ева поцеловала в щеку и его тоже. – Спокойной ночи, папочка.
Ни Мерси, ни Джуда не произнесли ни слова, пока Сидония не увела ее и не закрыла дверь спальни.
Как только они остались наедине, Джуда развернулся к Мерси.
– Ребенок мой?
Мерси встала и повернулась лицом к своему самому большому страху – отцу ее ребенка.
– Ева – моя. Она – Рейнтри.
– Да, Рейнтри, – согласился Джуда. – Но не только. Она сама так сказала.
– Она обладает огромной силой, для понимания которой еще слишком мала. Говоря, что она больше, чем Рейнтри, Ева тем самым помогает себе осмыслить свое могущество так, как ее детский разум может это принять.
– Ты отрицаешь, что она моя?
– Не отрицаю и не подтверждаю…
– Она мгновенно узнала меня, – сказал Джуда.
Существовал ли какой–нибудь способ солгать этому мужчине и убедить, что Ева не его? В течение почти семи лет, с того момента, когда она зачала ребенка Джуды Ансары, Мерси скрывала это от него и всего остального мира, даже от собственных братьев. Только Сидония знала правду. До сегодняшнего дня.
– Что ты здесь делаешь, на земле Рейнтри? – спросила Мерси.
Он внимательно посмотрел на нее.
– Ты не помнишь?
Не уверенная в том, о чем именно он спрашивает, она не ответила, вспоминая свои последние ясные мысли перед тем, как потеряла сознание. Ослабнуть или просто заснуть после лечения было для нее совершенно нормально, но в этот раз ее восстанавливающий сон был гораздо глубже, чем обычно.
Ей вспомнилась автомобильная авария, как она спасла единственного оставшегося в живых человека, сняв ужасную боль той женщины и передав ей достаточно целебной силы для сохранения жизни.
Но внезапно Мерси вспомнила ощущение крепкого захвата вокруг шеи, лишившего ее воздуха. Она ахнула, пронзив Джуду пристальным взглядом.






