ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Елена Волкова Ведьма «Что такое невезет и как с ним бороться?» Риторический вопрос Кому повезет, у того и петух снесет. Народная мудрость Человек без Богов ничтожен… Посейдон Боги не сделают за человека то, что человек должен сделать сам. Афина Тридцатилетие приближалось неотвратимо, как пропасть навстречу машине с сорванными тормозами. Утверждение Бальзака, что жизнь женщины начинается с тридцати лет, утешало слабо, а уж надежд не вызывало и вовсе никаких — какое там начало, о чем Вы, сударь?.. Наконец кошмар ожидания кончился — тридцатилетие наступило, и страшным быть перестало — машина свалилась в эту пропасть, и теперь хотелось только, чтобы падение длилось подольше… Таким вот автомобилем, падающим в пропасть, и чувствовала себя Маргарита: пока еще лечу и цел, но скоро-скоро упаду и разобьюсь к чертовой матери в мелкие осколки. Она хотела не отмечать день рождения и не приглашать никого, словно и нет никакого дня рождения, но домашние все равно устроили небольшое застолье, купили торт… Потом полегчало: ну и ладно, подумаешь… Пошумим еще напоследок. Пошуметь не получалось. Утверждение великого Бальзака о возрасте, с которого начинается жизнь женщины, вызывало раздражение. В такие моменты в зеркале появлялась толстоватая тетка с угрюмым агрессивным взглядом и делала заявления в том духе, что ничего этот Бальзак не понимал ни в жизни вообще, ни в женщинах в частности… Маргарита искренне считала себя неудачницей. Когда впервые сказала себе: «Ты — неудачница», сделалось так больно и страшно, что чуть не заплакала, и пошла на балкон курить. Время шло, но она не привыкала к этой мысли. Называла себя дурой, неумехой, растяпой — от этих слов больно и страшно не было. А от

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она пыталась разобраться, откуда в ней такая напасть — и не понимала ничего. Никто из ближайших родственников и тем более родителей ничем подобным не страдал. Она же получилась вот такая, причем с рождения. Играла одна, научившись читать — читала книжки, и не жаждала компании. Удобный ребенок. Но удобный ребенок вырос, и ему стало очень неудобно и беззащитно в бурном и злом мире.

Она всегда чувствовала внутри себя другого человека, и был довольно длительный в ее жизни период, когда она всерьез опасалась, уж не раздвоение ли это личности, не крыша ли едет на почве хронических неудач? Или, может, болезнь какая-то, может, Чернобыль влияет: а что, говорят же, что не полностью известно еще, как и на что влияет радиация. Та, другая личность, зажатая где-то внутри, рвалась иной раз на волю подобно загнанной в клетку пантере. И хотелось сбросить, подобно змее, старую изношенную кожу, и тогда явилась бы миру другая Маргарита, такая, какой чувствовала себя нескладная неудачница и какой она видела себя во снах: брюнетка с белой кожей и зелеными глазами, подкрадывающаяся бесшумно, как пантера в джунглях, такая же гибкая, сильная, как пантера, с молниеносной реакцией зверя или воина, острая на язык, мудрая, бесстрашная и циничная изящно, как старый колдун — этакая современная валькирия, победительница: женщина, которую не бросают…

«Что же теперь получается? — вопрошала она себя. — Что я полна противоречий? Причем врожденных, и нельзя свалить все на неправильное воспитание. Хотя воспитание, безусловно, усугубило проблему. Сколько раз мама строгим голосом задавала один и тот же вопрос: «Почему все успели (сделать в классе что бы то ни было), а ты нет?» Ребенок отвечал робко, что не все успели, тогда мама говорила: «Значит, ты — в числе худших?» Понятно, мама желала ее растормошить, говорила: «Будь активнее!» А как?! Да, многие успели, а она — нет… Ах, мама, мама!.. Конечно, она желала дочери только и исключительно добра. Беда в том, что она меряла другого человека своей меркой. Да и времена тогда были другие, об индивидуальности каждой детской личности и о способности одного делать быстро то, на что другому понадобится больше времени, и при этом тот другой отнюдь не значит, что дурак, никто не задумывался. Да и когда начали задумываться, тоже ничего не изменилось.

Разобравшись с ошибками воспитания, Маргарита отбросила их в сторону, сказав: «Хрена ли теперь копаться в этих завалах?! Это все дела, так сказать, давно минувших дней. Дальше-то что делать?» И не находила ответа.

Конечно же, у нее были подруги, не совсем же она была безнадежный случай. Подруг было немного, а вернее — две, да настоящих друзей и не бывает много, дружили они с пятого класса и Маргарита знала, что они ее любят и всегда готовы помочь.